Правда, не заметить, как второй мужчина подошёл к нам (вернее даже ко мне), не получилось. Как и не почувствовать его властных рук на своем лице, приподнявших мне голову и заставивших взглянуть в чужие сине-зелёные глаза, взирающего на меня сверху безупречного красавца. Кажется, радужка глаз Дэя отличалась редкой даже для людей способностью менять свой цвет от окружающих вещей, света и теней. Разве что, я не успела как-то зацепиться за данное открытие, поскольку он тут же нагнулся ко мне и накрыл мой всхлипывающий ротик своим жадным, ненасытным поцелуем. Атаковал и вторгся змием искусителем своего бесстыжего языка, заскользившего у меня во рту похотливыми толчками, имитирующими толчки члена в моей воспалённой вагине.
Меня едва не подбросило, будто от взрыва или, точнее, всепоглощающей вспышки ненормального перевозбуждения. Я даже чуть было не кончила… а может и кончила, просто не до конца этого поняла. По крайней мере, мой мозг уж точно кончил не раз и не два за всё это время, из-за чего я ещё крепче и неосознанней вцепилась в колени Найта, подстраиваясь под ритм его ударов и едва уже не вскрикивая от каждого очередного его глубокого проникновения.
Правда, им всё же удалось ненадолго оттянуть мой самый первый физический оргазм. Но только ненадолго. Когда Дэй вдруг прервал наш недетский поцелуй, выпрямился и… заставил меня посмотреть на свой живот. Вернее, на уровень пояса его брюк, которые он демонстративной расстёгивал прямо перед моими глазами, вскоре вытащив на свет свой собственный далеко не маленький и полностью эрегированный фаллос с тяжёлой выбритой мошонкой. Догадаться, для чего конкретно и с какой целью он это сделал было несложно теперь даже для меня.
— Надо этим вечером позаботится об её охране более ответственней. А то, чует моя задница, на неё точно положат глаз очень многие… особенно когда догадаются о всех её способностях… как открывшихся, так и о всё ещё спящих…
Я вполуха слушала Адия, поскольку всё моё внимание было сосредоточено в эти секунды на его стоячем колом и заметно вздрагивающем члене со вздутой и блестящей светло-пурпурной головкой. Так что проследить за ходом его странных фраз всё равно бы не успела. Одна его рука в этот момент намотала мои волосы на затылке в тугой жгут, а другой он принялся ласкать моё лицо и губы своим гладким и ощутимо пульсирующим пенисом, пока не заставил взять в рот упругую залупу с проступившей на её вершине каплей эякулята. Я и сама вскоре не удержалась и схватилась за его ствол, возбуждаясь буквально на ходу с пугающей силой и скоростью. Тем более, что Велдор за всё это время и не думал останавливаться. Долбил мою киску, даже когда обменивался с другом понятными лишь им обоим обсуждениями.
— Я тоже об этом задумался. Столь редкие экземпляры надо хранить и беречь с особой тщательностью. И я бы не стал её никуда водить, особенно сейчас, если бы нас к этому не обязывали… Давай, милая. Не стесняйся. Ты способна, куда на большее. Отпусти себя…
Не знаю, заставили ли меня это сделать и пережить ментально, или это действительно теперь исходило лишь от моих бесконтрольных желаний, но я начала ласкать член Дэя не одной только рукой, одновременно подмахивая трахающему меня члену Найта. И завелась до такой степени, что не сумела продержаться в столь сумасшедшем темпе даже минуты. Оргазмом меня накрыло просто нешуточным, ещё и настолько долгим, перешедшим, в конечном счете, в затяжную агонию. Особенно от последующих новых и более сильных вспышек, связанных с разрядкой кончающих в меня мужчин. Именно тогда, когда я словила ментально их мощные оргазмы, чувствуя и вагиной, и онемевшим от трения языком обильные струи горячего семени, меня едва не вынесло из собственного тела и сознания. Мы будто стали одним целым, причём физически, кончая в унисон и теряясь в этих ощущениях, будто в эпицентре мощного энергетического потока из сплошной эйфории.
Если я в последствии как-то и очнулась, то, скорее, не до конца. Хотя, вспоминая потом, что они со мной делали в той беседке, я могла с точностью до последней детали восстановить весь хронологический порядок их действий и сказанных ими в те минуты фраз. Но сейчас… это снова, как и прошедшей ночью, походило на наркотический сон или транс. В котором меня не волновало больше ничего, кроме сексуального удовольствия. Долгого, сладкого, бесконечного и совершенного…