Но постойте, она сказала с братьями?!
Я резко поворачиваю голову в сторону двери, боясь увидеть там их обоих, но вижу только Никлауса, опирающегося на косяк плечом. Его руки скрещены на груди, а на губах цветёт наглая усмешка. Он смотрит на мои волосы и спрашивает:
– Беспокойная ночь, Новенькая?
Какой же он…
– Ты, словно попала в ураган, Ани! – хохочет Молли.
Говорю же, ночь была беспокойной, я вся извелась, пока не заснула.
Я резко сажусь, хватаю малышку за руку и роняю её рядом с собой, чтобы пощекотать:
– У кого-то сейчас тоже будет ураган на голове!
Молли визжит и хохочет, пытаясь оттолкнуть мою руку, извивается, потому что ничего не выходит, и тут в комнату заглядывает моя сестра.
– Разбудили? – улыбается она и говорит Никлаусу: – Я собрала вам завтрак с собой, корзинка на тумбочке у выхода.
– Спасибо, – кивает тот.
– Ань, хватит валяться, – обращается она ко мне. – Тебя, между прочим, все ждут. Бегом в душ и одеваться.
Все? Кто – все?
– Бегом-бегом-бегом! – звонко подгоняет меня Молли.
Она спрыгивает с моей кровати, бежит к брату и забирается к нему на руки. Моя сестра уходит, Ник с Молли на руках направляется за ней, бросив напоследок:
– Ждём тебя на улице. И давай быстрей, Новенькая.
Я поджимаю губы и с досадой бью кулаком по матрасу. Разве, я вообще просила кого-то меня ждать? Почему всё решили за меня?
Но делать нечего, нужно идти в душ. Не хотелось бы расстраивать Молли после того, как я вчера сбежала от них.
Спустя десять минут я выхожу во двор, а затем и за калитку. Яркое солнце слепит, обжигает плечи, а влажный воздух мгновенно липнет к коже. Я не сразу вижу, что оба брата улыбаются, пока Молли бегает от одного к другому, играя в игру, которая понятна только им троим. А затем она видит меня, подпрыгивает на месте, хлопая в ладоши, и кричит:
– Ур-ра!
Оба парня прекращают улыбаться и смотрят в мою сторону, правда Оливер тут же отворачивается.
Вчера… Вчера, когда я сбежала ото всех, он догнал меня с намерением проводить, по дороге мы не говорили ни о чём важном, а возле дома… Он попытался меня поцеловать. Я испугалась, отвернулась и ляпнула первое, что пришло на ум. Я предложила ему не торопить события.
Но какие, чёрт, события, когда я не планировала ничего подобного?
Этот неловкий момент тоже добавил переживаний в сегодняшнюю непростую ночь.
Оливер расстроился, и, очевидно, продолжает на меня дуться.
Я вздыхаю и иду к ним.
Никлаус подхватывает в руку корзинку с едой, а Молли забирается на этот раз на руки к Оливеру, но тут же тянется к Нику. И братья делят свою младшую сестру пополам, если можно так выразиться. Молли обнимает их обоих за шею, а они в ответ придерживают её под бедра одной из рук – девочка, как бы сидит на переносном троне, и смотрится это ужасно мило, потому что братья ради неё забыли о своей вражде и прибывают так близко друг к другу, как я не видела прежде.
Завораживающая картина, если честно.
– Вперёд, мои славные рыцари! – хохочет девочка, и мы все отправляемся в путь по зыбкому и обжигающему ступни песку.
Уже на берегу я расстилаю небольшой плед и, усевшись, достаю из пляжной сумки крем против загара. Молли с визгом сразу же бежит в воду, Оливер за ней следит, ну а Никлаус, поставив корзинку с продуктами возле меня, в своём репертуаре интересуется:
– Спинку помочь намазать?
– Спасибо, обойдусь.
– Ждала меня ночью?
Я неконтролируемо краснею, но всё же вздергиваю удивлённо брови:
– С чего бы?
– Ждала, – хмыкает он, делая собственные, неправильные выводы.
И это его самодовольство… Я скреплю зубами, поднимаюсь на ноги и говорю ему сухо:
– Пока твоей сестры нет рядом, я скажу, что о тебе думаю, Никлаус. Ты мерзавец, не уважающий чужое, личное пространство. Лжец и хам. То тебя тошнит от меня, то лезешь с поцелуями! Считаешь, мне не понятно, что тобой руководит? Но я стараюсь быть вежливой и понимающей ради Роберта и сестры, только вот, моё терпение не резиновое. Мне надоедают те маски, что ты меняешь, как перчатки, ясно?
– Думаешь, раскусила меня, Новенькая? – продолжает он ухмыляться.
– Думаешь, это сложно? – фыркаю я.
Никлаус сужает глаза, но ответить что-либо не успевает, потому что я отвлекаюсь на оклик Молли:
– Ани-Ани! Иди скорее к нам!
Оливер успел снять футболку и теперь находится в воде вместе с сестрой. Заметно, что он специально не смотрит в нашу с Ником сторону, и мне почему-то думается, что это он надоумил её позвать меня.
– Чуть позже, ладно? – откликаюсь я.
– Ну пожалуйста, Ани! – просит она, цепляясь за руку брата и качаясь на волнах.
Я с сомнением закусываю нижнюю губу и слышу, как Ник снимает с себя футболку. Поворачиваюсь к нему и мой взгляд непроизвольно замирает на полоске шрама на его груди, а Никлаус в это время замечает:
– Ну раз я не уважаю чужое, личное пространство…
Он резко склоняется вниз и вперёд, взваливая меня к себе на плечо, как какой-то мешок картошки! Мир переворачивается, а Ник, удерживая меня под колени, срывается вперёд.
– Ты совсем сбрендил?! – кричу я. – Чёртов кретин, поставь меня на место!
