Мой мозг вот уже много дней работал беспрерывно, раздумывая над тем, как наказать нечестного адвоката. Он несомненно не брезгует брать и давать взятки, несомненно не гнушается жестокости. В какой мере, я пока не понял, но, когда заявление Крис уничтожили, её грозились засудить за клевету, если она снова будет создавать проблемы чете Карповых. Исполнителем тогда выступал следователь, но явно с подачи Ермоленко. Возможно, запугивания — это не самое грязное, что он может провернуть. И последнее. У этого чёрта кругом и везде связи, мать его! Но вот я торможу возле сыскного агентства, покидаю тёплый салон автомобиля и целенаправленно шагаю в сторону здания. Другого выхода я просто не видел, и решил снова обратиться за помощью к Виктору.
Хмурясь, мужчина выслушал меня, удивлённо округлив глаза при упоминании Ермоленко, и, подавшись вперёд, упёрся локтями в стол и просканировал меня внимательным взглядом.
— Тёмную ты воду мутишь, сынок, — произнёс он. — Ты хотя бы понимаешь, в какое болото лезешь? Сначала Карповы, теперь Ермоленко. Эти люди промаха тебе не простят.
Внутри даже не было ни единого натянутого нерва по этому поводу, потому что я знал, промаха не будет. Я не имел права на ошибку. Шаг влево, шаг вправо, малейшее отступление от плана, и я вырою яму себе, потянув заодно и Пашу с Крис. Я понимал, как рискую, и готов был принять удар на себя в случае провала. Мысль вертелась одна: я должен сравнять этих гнид с землёй, и я это, чёрт побери, сделаю.
— Я всё прекрасно понимаю.
— Значит, ты либо самоубийца, либо у тебя серьёзные основания ненавидеть этих людей до такой степени, чтобы рисковать собственной шкурой, — сделал вывод Виктор, приспустив с переносицы очки в тонкой металлической оправе. Хоть предложение, произнесённое им, и носило утвердительный характер, по его взгляду я понял, что он всё же дожидается ответа.
— Основания более, чем серьёзные, — уже который раз я не стал вдаваться в подробности.
— Послушай, Денис, я не лезу к тебе в душу. Мне нужен хотя бы минимум информации, чтобы иметь возможность тебе помочь. Иначе, досье мы соберём — не вопрос. Вопрос: что ты с ней делать будешь? В ментовку пойдёшь? Ты хоть знаешь, что у Карпова-старшего брат полковник полиции и свои люди в прокуратуре? Про его адвоката я вообще молчу — проныра ещё та, имеет подвязки в мэрии, на короткой ноге с некоторыми судьями. Если ты хочешь заработать проблем, пожалуйста, мешать не буду, но, если ты всё же решишь действовать с умом и ждёшь положительного исхода от своих действий, выкладывай что к чему.
Не знаю точно, как отреагирует Крис, если узнает, что я посвятил в её тайну ещё одного человека, вероятнее всего, она будет очень недовольна. Но ей придётся меня простить, ибо это нужно было для дела. Когда я договорил, Виктор понимающе кивнул.
— Что ж, теперь я буду иметь ввиду, что любая информация по этому делу в приоритете, хотя, сомневаюсь, конечно, что что-то найдётся, если ты говоришь, что они уничтожили заявление, — мужчина нахмурился и, опустив взгляд, сделал какую-то пометку в открытом блокноте, лежавшем на краю стола.
Испытывая муки совести перед своей девушкой за это откровение, решил дежурный раз удостовериться:
— Надеюсь, наш разговор не выйдет за пределы вашего кабинета, Виктор Сергеевич.
Отложив ручку, мужчина ответил:
— Можешь не волноваться из-за этого. Я профессионал своего дела, и не могу наплевать на свою репутацию. Да, и ещё — прости за то, что позволил себе говорить с тобой в таком тоне, — сказал он после короткой паузы. — Возможно, это был перебор с моей стороны, да и о помощи ты не просил. Всё же я решил тебе её предложить, чисто по-человечески, хоть и в такой неординарной форме. Просто хотел, чтоб ты понял: ситуация твоя не простая.
Я отмахнулся, мол всё в порядке. В самом деле, возможно, я в чём-то и переоценивал свои силы, и Виктор был прав в том, что нужно действовать аккуратно и выходить на надёжных людей. Поблагодарив знакомого, отправился обратно на работу, заехав по пути за подарком для Кристины.
— Пять! Четыре! Три! Два! Один! — скандировал народ за столом под бой курантов, пока мы с Пашей разливали шампанское.
— Ура-а-а! — во всё горло заорал друг, и его подхватили Толик и Валентин.
За окном яркие вспышки салюта освещали полуночное небо, и на улице собирались целые компании, рассыпаясь в поздравлениях.
— С Новым годом! — воскликнул я, подняв наполненный бокал вверх, и раздался оглушительный перезвон хрусталя. Повернувшись к той, которая сидела справа от меня, я по-мальчишески улыбнулся, предвкушая хорошие перемены, и шепнул слова, предназначены только для неё: — С Новым счастьем, любимая.
Ослепительная улыбка была подарена мне в ответ, и я понял, что здесь и сейчас она счастлива.
— Ребята, айда на улицу! — расхорохорилась Юля, будучи слегка навеселе после двух бокалов шампанского.
Толик рассмеялся и кинул вдогонку вприпрыжку направляющейся к двери Юльке:
— Куртку-то хоть надень, шальная!
Девушка развернулась, посылая своему ненаглядному воздушные поцелуи, а из-за стола вслед за Юлей поднялась Дина.
