Горячая мужская рука не дала мне сползти по стене. Мужчина нахально перехватил меня за плечо, позволяя себе отлепить меня от спасительной тверди и прижать к себе. Я вцепилась в лацканы пиджака, продолжая играть в гляделки. Теперь обжигающе горячая ладонь скользнула по моим обнажённым лопаткам, опускаясь ниже. Будто перебирая струны, незнакомец чувственной дробью изучал мою спину пальцами, прошибая каждым касанием как током.
– Кто я? Это так важно? Моя Коломбина, разве ты не ради смеха надела маску? Здесь мы все никто… – мужской голос пробирал до дрожи своими вибрирующими нотками.
– А вы, стало быть, тот самый Казанова? Герой-любовник?
Незнакомец замер. Готова была поклясться, что услышала смешок. Ну да, я немного почитала про маски.
– Именно… Тебе сегодня будет очень хорошо. Этот вечер ты запомнишь надолго.
Ткань платья поползла вверх, если можно было куда ползти. Я было открыла рот, чтобы остановить мужчину, но магия его касаний окончательно одурманила меня.
Перехватив меня сзади за шею, мужчина рывком развернул меня и толкнул в сторону стола. Покачнувшись на каблуках, я сделала два шага назад и легла навзничь на холодную столешницу.
– Разве не этого ты хотела?
Мужчина с рыком перехватил мои руки и прижал их к прохладной поверхности стола прямо над моей головой. Дышать стало резко тяжело, губы пересохли. Я делала жадные вдохи, продолжая смотреть незнакомцу в глаза. От него будто странные удушающие волны исходили, потому что я поплыла…
Очнулась лишь тогда, когда жёсткие пальцы уверенно забрались мне за кружевной край трусиков. Я попыталась взбрыкнуть, но вышло вяло.
Как-то не так я себе представляла развлечения в подобном клубе. Вера обещала мне острые ощущения, адреналиновые качели, а я получила… что-то другое.
Моя маска Коломбина скрывала только верхнюю часть лица, а вот мужчина хранил полное инкогнито. Чтобы поцеловать меня, он убрал руку из-под платья и потянулся к своему затылку, ослабляя завязки.
Оглушающий поцелуй взорвал моё сознание. Я буквально багровела от смущения и удовольствия, наслаждаясь мягкостью и горячностью мужских губ. Они ловили каждый мой вздох, каждый стон. Зажмурившись, просто наслаждалась этим моментом. А когда открыла глаза, то тут же застыла от ужаса.
Быть этого не может! Нет! Это… это невозможно!
Улучив момент, ужом выскользнула из объятий, едва не грохнувшись на пол. Убегать на каблуках было сложно, но возможно. Пошатываясь, с трудом увернулась от мужчины и выбежала из кабинки.
Я нарушила договор! Теперь всё будет совсем плохо! Особенно, если мужчина знает, кто я. Оставалась одна надежда: маска.
Сзади послышался шум. Мужчина кинулся за мной, но запутался в портьере и с ругательствами оборвал её.
– Леся! Леся, стой!
Сердце рухнуло в пятки. Самые страшные предположения оправдались.
Что могло быть хуже, чем встреча с собственным преподавателем в клубе с нестандартными утехами? Понимать, что этот самый преподаватель намеренно за мной охотился, зная, кто скрывается за маской?
Завтра будет весёлый день в университете.
Я, нарушенный договор и наш новый преподаватель – Игорь Александрович, который точно захочет получить своё.
Иногда я чувствовала себя мартышкой, играющей с гранатой. Наверное, это мой стиль жизни: ругаться отцом каждый раз, когда встречаемся. Сегодняшний вызов на ковёр не был исключением.
Все на нашем курсе мечтали оказаться на моём месте: как же, дочка декана! Никаких проблем. Никаких проблем, если живёшь по указке отца-тирана. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. И я в очередной раз встала на дыбы и отказалась ехать на какую-то очень важную молодёжную конференцию и защищать честь университета.
Отец, хмуро разглядывая меня поверх своих очков-половинок, демонстративно кинул на рабочий стол очередной выпуск наших Фрейдовских чтений и расстегнул темно-серый пиджак. Ослабил галстук, выдохнул и принялся читать нотации:
– Ты должна была поехать… Я специально оставил тебе место! – грохнул кулаком по столу. – Почему ты даже не позвонила?
– Почему? – вспыхнула и поправила тяжёлую сумку на плече. Задохнувшись от возмущения, развела руками. – Ты ещё спрашиваешь?! Потому что моё мнение не учитываешь! Боже!
– Какое у тебя может быть мнение, если ты ещё ничего не знаешь?
– Так может дашь мне возможность самой опыта набраться?
– Господи, Олеся, я делаю для тебя всё…
Ну вот, началась привычная песня. Конечно, я – неблагодарная дочь, не стараюсь и прочее бла-бла-бла.
– Ты делаешь это для себя, а не для меня! – сцепив зубы, зло процедила. – Я тебе уже сказала, что в аспирантуру не пойду! Я не хочу преподавать! Я хочу практиковать, а не заниматься теорией!
Наш разгорающийся спор прервала трель сигнала: начало первой лекции, на которую я, конечно же, благополучно опоздала. Спасибо тебе, папа!
Дослушивать нравоучения не стала, просто вышла из кабинета, едва не сбив вешалку и фикус в тяжёлом глиняном горшке. Секретарь проводила меня изумлённым взглядом.
– Олеся, я не закончил! – отец разъяренно дышал, стоя в дверном проёме. – Мы не договорили!
