Дни вновь стали казаться Итону серыми и пустыми. Он не видел Аню почти десять дней. На этой неделе к нему приехал брат с детьми, а она была занята в своем баре. Лео и Марк как обычно громко выражали эмоции, верещали, требовали катать их на лошадях, а Остин рассказывал о планах на лето. Оказалось, что совсем скоро он уедет в США, где пройдут соревнования по скоростному спуску на роликах. Почти айс-кросс, которым и занимался профессионально брат, только не на коньках. Его пригласили принять участие, ведь среди райдеров он был одним из наиболее перспективных спортсменов.
Но Итон теперь думал только о том, что Аня останется одна с детьми, и ей понадобится его помощь. Они снова смогут проводить вместе вечера.
– Когда ты уезжаешь? – спросил он у брата.
Ос потер лоб пальцами и ответил:
– Через семь дней. Присмотришь за Энн и парнями?
Вопрос прозвучал несколько натянуто. Итону иногда казалось, что брат ревновал его к Ане. Странно. Он ведь тщательно скрывал свои чувства.
– Присмотрю.
– Не думаю, правда, что в этом будет особенная необходимость, – пожал плечами Остин. – Аня договорилась с няней, она посидит с Лео и Марком пару вечеров, когда ей придется выйти на смену в бар.
Итон не знал, рассказывала ли Аня мужу о том, что он частенько провожал ее до дома после работы в баре. Он ждал ее в своей машине, наблюдал за тем, как она выключает свет в помещении, закрывает дверь и ставит ее на сигнализацию. В Ревелстоке было довольно тихо, но лишние меры предосторожности никогда не мешали.
Судя по отсутствию какой бы то ни было реакции на поведение Итона, Остин, скорее всего, был не в курсе их с Энн маленького секрета. Впрочем, Энн и сама никогда не заговаривала об этом с Итоном. После закрытия бара она просто шла к своей машине, иногда кивая Итону, если их взгляды пересекались. Он не выходил из машины, и, наверное, Аня считала, что лучше его не трогать, раз уж он сам не торопился идти на контакт.
И вот Остин наконец уехал. Итон продолжал заниматься своими делами, но то и дело поглядывал на телефон, ожидая сообщения от Ани. Прошло два дня, а она лишь иногда спрашивала, как у него дела. И ни слова о своих.
Итон отложил инструмент, привалился бедром к столу и взял в руки гаджет. Пальцы быстро настучали сообщение:
Ответ пришел спустя едва ли пять минут.
«Только ты», – подумал Итон, но написать это, наверное, никогда бы не решился. Ответив отказом, он вернулся к работе, но сердце продолжало тревожно стучаться о ребра.
Все шло не так. Остин отсутствовал уже три дня, а Аня так и не попросила Итона приехать и не приезжала сама.
Когда степень его отчаяния достигла апогея, она наконец написала:
Итон испытал и радость, и волнение одновременно. На миг сжав кулаки и прикрыв глаза, он сел на тюк с сеном и покрутил в длинных пальцах телефон. В баре Энн он уже бывал раньше, но только до открытия. Тогда он помогал ей с ремонтом. Но прийти в заведение, где сидят за столиками и барной стойкой десятки людей, было для него сродни пытке.
Словно поняв, о чем он думает, Аня прислала еще одно сообщение:
Сердце подскочило к горлу, когда он ответил:
Аня отлично знала, что Итон не пил алкоголь, но подготовила для него кое-что интересное. Народ потихоньку покидал заведение, тепло прощаясь с ней. С момента открытия бар с необычным, но полюбившимся местным названием «Огонек», обзавелся множеством постоянных гостей, что очень радовало Аню. Она обожала свое детище и вложила в него немало сил.
Отпустив персонал, Аня выключила свет в зале, оставив гореть пару круглых ламп над барной стойкой. Вскоре звякнул колокольчик, и в бар вошел Итон. Черные джинсы, темно-серая футболка с изображением гор с заснеженными вершинами, черно-белые кроссовки. Аня невольно залюбовалась им. По правде говоря, было сложно отвести от него взгляд. Но она не могла не заметить, как были напряжены его плечи, когда он настороженно огляделся.
– Привет, – негромко сказала Аня, чуть приглушив музыку. – Рада, что ты пришел.
– Ты ведь меня позвала, – ответил Итон так, будто это все объясняло.
– Хотела угостить тебя парочкой коктейлей.
Итон замялся, медленно приближаясь к барной стойке. Ладони он спрятал в передние карманы джинсов, чуть приподняв плечи.
– Я не пью, – наконец выдавил он.
– Я знаю. Коктейли безалкогольные, – улыбнулась Аня. – Подобрала парочку специально для тебя. Сейчас приготовлю, если ты согласен попробовать.
Она вопросительно уставилась в его глаза, и Итон кивнул, устроившись на высоком барном стуле.
– А как же дети? – уточнил он, проводя ладонью по темной деревянной столешнице.
– Мисс Пристли сегодня ночует у нас, – пояснила Аня, ловко подхватив бутылку с узким горлышком. – Она соглашается на это пару раз в месяц, так что я могу не торопиться домой. Итак, начнем с коктейля «Грасс романс».
– Что в составе? – поинтересовался Итон, невольно перегнувшись через стойку и поглядывая то на Энн, то на бутылки в ее руках.
Он вдруг поймал себя на мысли, что его охватило приятное ощущение праздника. Будто он вернулся в детство и ждал подарка под елкой.
– Яблочный сок, совсем немного сахарного сиропа и минеральная вода. Добавлю также сок лайма и эстрагон, – Аня говорила, параллельно уверенно отмеряя нужное количество ингредиентов. – А еще лед и кусочек киви для украшения. Ну что, будем пробовать?
Она выставила запотевший стакан на подставку и подвинула по стойке к Итону. Он сначала внимательно оглядел коктейль светло-зеленого цвета, а затем сделал глоток. На языке остался пряный травяной вкус с нотками сладости и цитруса.
– Вкусно, – признал Итон.
– Неплохо, – кивнула Аня, тоже смакуя напиток. – Подумываю ввести его в коктейльную карту. Для тех, кому по какой-то причине нельзя алкоголь, но хочется приятно провести время в баре. Как думаешь, может быть уменьшить количество сахарного сиропа и сделать коктейль немного кислее?
– Можно.
Она достала небольшую квадратную тарелочку с орешками и поставила на барную стойку между ней и Итоном. Он аккуратно взял кругляш фундука и опустил его на язык.
Некоторое время они молча потягивали напиток. Аня рассеянно смотрела куда-то в сторону, а Итон не мог отвести от нее глаз. Кончики чуть завитых медовых волос ниспадали на грудь под тонкой дымчато-серой кофточкой. На запястьях позвякивали браслеты: серебряные вперемешку с изящными золотыми. Глаза цвета теплой карамели были подведены нежно-розовым пудровым карандашом, а малиновые губы немного поблескивали в свете теплых ламп.
Итон не преувеличивал, когда мысленно говорил, что Аня – весь его мир. Он и правда не видел никого, кроме нее. В те редкие моменты, когда выбирался в город, он совсем не замечал лиц. Ни мужчин, ни девушек. Все казались размытым пятном, невнятным, ненужным и неинтересным. А силуэт Ани как будто постоянно был подсвечен мягким сиянием, заметным только Итону.
Жаль, что он ничего для нее не значил.
