Итон перечитал сообщение несколько раз. Если Аня оставит у него мальчиков, значит, и сама будет ночевать в его доме…
Итон слишком долго не отвечал, и Аня, должно быть, уверилась в том, что он откажет.
Вдогонку она отправила ярко красное сердце.
Итон взволнованно провел ладонью по волосам, по шее и тяжело выдохнул.
Они будут ночевать все вместе. Как настоящая семья.
Лео и Марк – два мальчугана семи и трех лет – сначала носились по гостиной, кувыркаясь на диване, потом потребовали у Итона мультики и молоко с печеньем, а затем заснули прямо с тарелками в руках. Итону пришлось по одному относить их наверх в спальню родителей. Она находилась через комнату от его спальни. Двери он оставил открытыми, чтобы, в случае чего, услышать, не проснется ли кто-нибудь из парней. Но Аня говорила, что обычно спят они крепко и проснутся только утром. Рано утром.
Итон принял душ и устроился в кресле на первом этаже с книгой, ожидая Аню. Она приехала ближе к полуночи, тихонько вошла, открыв дверь своим ключом и тщательно заперла замок.
– Все в порядке? – спросил Итон, откладывая книгу. Он волновался, потому что не мог сегодня проводить ее из-за мальчиков.
– Все хорошо, спасибо, Итон.
Она подошла ближе, теребя ремешок сумочки.
– Как ребята? Не сильно тебе мешали?
Первые три года жизни Лео прошли в этом доме, и Итон в какой-то степени умел обращаться с детьми, хоть громкие крики частенько вызывали у него приступы паники.
– Нет, не мешали. Заснули перед телевизором, я отнес их в спальню.
– Я думала, ты уже спишь, – вдруг сказала Аня.
– Хотел дождаться тебя.
Наступила пауза, но Аня почему-то не отводила от него взгляда.
– Ты всегда ждешь…
Итон прикусил губу. В этой фразе скрывалось много смыслов.
– Приму душ и лягу с мальчиками, – вздохнув, произнесла она. – Спокойной ночи, Итон.
– Доброй ночи.
Шум воды стих. Аня вытерлась пушистым бежевым полотенцем и надела просторную белую футболку Остина. Свою пижаму она оставила дома, пока впопыхах собирала одежду мальчиков.
Стоило ей выйти в коридор, тихонько выключив свет в ванной, как до ее слуха донесся негромкий стук. Но в той стороне, где находилась спальня мальчишек, было тихо. Значит, шумел Итон… Аня покосилась на полоску тусклого света, виднеющуюся из-под его двери. Он еще не спал или же привык засыпать с ночником.
Аня сделала неуверенный шаг в противоположную от комнаты Итона сторону, но вдруг услышала сдавленный вскрик. Сердце ее заколотилось от волнения, а ладошки вспотели. Сжав пальцами края футболки, немного не доходившей ей до колен, Аня развернулась и приблизилась к комнате Итона. Поколебавшись, она все же пару раз тихонько постучала и позвала:
– Итон… Ты спишь?
Вопрос, конечно, глупый, но тревога не отпускала ее. Аня знала, что у Итона случались приступы паники, и сейчас она не могла так просто уйти спать, не выяснив, нужна ли ему помощь.
– Аня, – послышалось из-за двери, и она тотчас ее распахнула.
Итон, одетый в одни тонкие штаны, стоял у распахнутого окна, сжимая кулаки. Смятая футболка лежала у стены, словно Итон резко сорвал ее, борясь с неожиданно захлестнувшим жаром. Лица его она не видела, но заметила, как сильно опускалась и поднималась его грудная клетка, словно он только что пробежал марафон.
– Боже мой, – едва слышно прошептала она и подошла ближе, выставив вперед руки. – Итон… Я могу чем-то помочь?
Она боялась напугать его еще больше. Возможно, ей лучше было уйти. Возможно, Итон сейчас именно об этом и попросит, и Аня готова была услышать что угодно, лишь бы ему стало лучше. Но он вдруг снова позвал ее по имени, и Аня метнулась к нему, опуская ладони на его плечи.
– Я здесь, все хорошо, – шепнула она, пытаясь скрыть волнение в голосе. Невольно закралась мысль о том, как часто Итона мучают такие приступы внезапной паники… Вполне вероятно, что после смерти родителей, они участились. Но Итон никогда не жаловался.
Аня ожидала чего угодно, но только не того, как крепко он вдруг обнял ее, прижимая к себе изо всех сил. Она обхватила его талию руками, утыкаясь лбом в его плечо.
– Аня… Аня…
– Все хорошо, Итон. Ты не один.
Его грудная клетка ходила ходуном, а дыхание стало прерывистым. Казалось, что ему отчаянно не хватает воздуха. Он сдавил Аню в объятиях, ткнувшись носом в ее волосы.
Прохладный ночной ветерок мягко коснулся их тел, всколыхнув легкую футболку Ани, охладив разгоряченную после душа кожу.
– Не уходи, – прошептал Итон, гладя ее волосы. – Пожалуйста, только не уходи.
– Ты замерз, – сказала Аня, вскинув голову, глядя в его расширившиеся голубые глаза. Ее ладони заскользили по его прохладной коже. – Могу я закрыть окно?
– Не надо. Мне нужен воздух.
– Ты можешь простыть. Ложись в кровать, я тебя укрою.
– Ты останешься?
Итон смотрел на нее сверху вниз, и в его глазах читался самый настоящий страх. Аня торопливо кивнула, обмирая от тревоги за него.
Они легли в постель, и Итон тотчас прижал ее к себе, утыкаясь лицом в ее макушку. Аня успокаивающе водила ладонями по его спине, но тело его вдруг заколотило, а Аня испугалась еще больше. Подтянув одеяло повыше, укрывая их обоих, она коснулась губами его плеча, мягко поглаживая пальцами густые волосы.
