У юноши наконец появилась возможность рассказать о судьбе профессора, но повествование Вильбуа снова остановило его…
– Из писем всего этого периода явствовало, что Сальватор одержим идеей заселения океана людьми, хотя прежде об этом он упоминал лишь вскользь… Однако я отвлёкся… Так вот, эти три дня прошли очень быстро, и он проводил нас на пароход. Уже в порту нас догнал представитель правительства и вручил мне награду – орден «Почетного легиона».
Сальватор и вся моя семья (Розали тогда ещё не было) поздравили меня. На прощание мы обнялись, но расстались с тем, что года через два-три, когда полностью освоимся в Новой Зеландии, профессор приедет к нам. Однако этого не случилось, так как война шла не год, как предполагалось, и самое главное… Самое главное в этой истории то, что мы не доплыли до Новой Зеландии. Но об этом в другой раз, – закончил Арман.
– Папа, папочка, расскажи сейчас, это так интересно, – стала уговаривать его Розали.
– Ну, хорошо, хорошо, – согласился Вильбуа, – но только после ужина…
– A у Ихтиандра есть наушники, через которые можно слушать речь дельфина, и мы уже слышали, как забавно разговаривают афалины! – заявила Диана.
Вставая, Вильбуа вопросительно посмотрел на юношу. Тот настолько привык к прибору, что почти не снимал его с тех пор, как впервые надел в заливе Ла-Плата. Чудо-наушники и сейчас были на нём. Юноша протянул их изумленному Вильбуа, а сам направился в свою комнату за инструкцией и ружьём. Несмотря на то что прошло столь мало времени, как он оказался в кругу этой большой семьи, он уже чувствовал себя уверенно и спокойно. Вернувшись в гостиную, Ихтиандр своим боевым видом напугал Давида. Управляющий как-то присел, а затем попятился назад. Ничего не понимая, юноша остановился. Неловкость создавшейся ситуации исправил хозяин дома. Он, до того внимательно рассматривавший прибор, отложил наушники в сторону и подошел к гостю.
– Ты смотри, какая прелесть, – сказал Арман, взяв в руки ружье.
Покрутив его, он со знанием дела попытался открыть ствол, но тот не поддавался. Все присутствующие, особенно мужчины, с интересом стали разглядывать оружие. Приблизился даже Давид.
– Гм-м-м… и как пользуются этим… оружием? – полюбопытствовал Винсент.
Ихтиандр взял оружие из его рук и неспешно приготовил к стрельбе.
– Показать?
– Да, но чем же оно стреляет?!
– Световым лучом. В винтовку заложен тот принцип, о котором вы, господин Вильбуа, только что говорили. Но стреляет оно не голубым, а красным лучом.
Он прошёл на веранду и, подняв ружье, выстрелил в небо. Никакого шума от выстрела присутствующие не услышали, а в густые темные облака ушло два розовых луча!
– Ну, Сальватор!.. Столько сюрпризов!!
Вильбуа решил сам испытать оружие. На один из кустов села птица. Прицелившись, он нажал на спуск и промахнулся. Птица взлетела и благополучно скрылась из виду, но от выстрела загорелся куст. Впечатление было сильное!.. Еще бы – горели зелёные ветки кустарника!! Пришлось тушить огонь. После этого все вернулись в дом.
– Ай да профессор!.. Потрясающе!! Чем ещё снабдил тебя Сальватор?! – возбуждённо проговорил Арман.
– А наушники вы уже оценили?
– Ах да, слуховой аппарат… Из-за винтовки я непростительно забыл о нём!..
С нескрываемым интересом он покрутил прибор в руках, а затем, надев его, прислушался. Ти-ши-на!
– Выглядит как будто не сложно… но без подготовки… как это работает? – задумчиво произнёс океанолог.
Ихтиандр надел наушники и, оперируя кнопками, покрутил ручку настройки – звуковой фон моря… никаких голосов…
– Может быть, поздно, и дельфины уже спят? – предположил Винсент.
– Пожалуй, вы правы, – взглянув на часы, ответил юноша, – хотя…
– Ладно, друзья!.. Хоть это все чрезвычайно интересно, но все же придется отложить как минимум до утра!.. Впереди у нас много времени, и мы обязательно всё изучим, тем более что и у нас самих имеются разработки в этом направлении, – подытожил Вильбуа.
Вошла Женнет, отлучавшаяся всего на пару минут, и пригласила всех к столу… После ужина хозяин дома продолжил свой рассказ:
– Как вы знаете, война шла не один год. Сальватор всё это время находился на фронте – ему есть что рассказать… И без того прекрасный хирург, он получил там богатейший опыт, спасая безнадёжных пациентов. Мы в эти годы тоже хлебнули…
Арман замолчал, видимо припоминая какие-то детали давно ушедших событий. На его лице попеременно сменялись выражения то грусти, то некоторого оживления.
