Ихтиандр полностью

Де Аргенти обратил внимание на интонацию управляющего. Ольсен недолюбливал его рыжего ассистента, но положение, которое занимал Вейслин, заставляло относиться к нему соответственно. И только в присутствии самого Сальватора Ольсен позволял себе колкости в адрес Джеймса. Их взаимоотношения беспокоили профессора, и он не раз пытался найти причину их взаимной неприязни, но безрезультатно. Оба они, каждый в своей сфере деятельности, были безупречны, а Сальватор был слишком занят, чтобы до конца разобраться во всём.

– Значит, здесь, говоришь.

Профессор на мгновение вспомнил рыжую голову, мелькнувшую на перроне.

«Конечно, мне тогда показалось», – с облегчением подумал Сальватор.

Он взглянул на часы. Было около десяти вечера. Подошёл к телефону и набрал номер, но там, куда он звонил, видимо, никого не было.

– Ты звонишь Вейслину?

– Да.

– Его нет в кабинете. Под вечер в клинику привезли тяжелораненого офицера, и он в операционной.

– Что же ты мне раньше об этом не сказал? – резко заметил Сальватор, на ходу застёгиваясь.

– Я думал, ты сначала отдохнёшь.

– Там отдыхать будем, – показывая на потолок, проговорил де Аргенти, выходя из кабинета.

Он быстро пересёк пространство между виллой и клиникой, вошёл в операционную, надел бахилы, стерильный халат, маску. В операционной шла интенсивная работа. Поздоровавшись, Сальватор спросил:

– На каком этапе?

– Заканчиваем, – устало отозвался Джеймс, – но, кажется, всё напрасно.

Сальватор поднял правую бровь.

– Поражение теменной доли, не совместимое с жизнью… может быть, протянет несколько дней, но не выживет.

Профессор попросил сестру открыть лицо пострадавшего – это был мужчина лет 30. Прямой нос, красивый рисунок губ и чуть выдающийся подбородок могли принадлежать только волевому человеку. Сальватор некоторое время изучал это лицо.

– Моя помощь нужна? – спросил он.

Джеймс отрицательно покачал головой. Профессор знал возможности своих коллег и по характеру травмы понимал, что и он сам здесь бессилен. Сальватор вышел из операционной и, решив поговорить с Джеймсом на следующий день, направился к себе.

Глава 4

– Сальватор, только что для тебя доставили письмо. – Управляющий протянул профессору толстый конверт.

Кивнув Ольсону, доктор взял пакет и вошёл в спальню. В конверте лежало два письма – от Армана и от Ихтиандра. Первым он вскрыл лист от сына:

«ЗДРАВСТВУЙ, ДОРОГОЙ ОТЕЦ!

Сообщаю тебе, что мы все живы и здоровы. Прости нас, что задержались с ответом. За день до прибытия парохода начался тайфун. Я попытался добраться до парохода на подлодке, но ничего не получилось. Я бы доплыл сам, но ты мне запрещаешь появляться среди незнакомых людей. Только поэтому ты пропустил прошлую почту. Сын подрастает. Гуттиэре, Диана, госпожи Женнет, Мирей как могут балуют Эдди, но он предпочитает быть со мной. Для своих шести лет он выглядит молодцом и старается сбежать от воспитателей со мной в океан…»

Сальватор улыбнулся. Он тоже был не прочь побаловать внука и очень понимал женщин.

«…Нам это часто удаётся, и сын, надев дыхательный аппарат, уже очень хорошо плавает. Подводный мир неповторим, и ты знаешь, отец, меня постоянно тянет туда, ведь там моя вторая жизнь…»

Сальватор прервал чтение и задумался о прошлом.

«…Но это происходит ненадолго, – любимые жена и сын, замечательные люди, окружающие нас, всегда теперь будут возвращать меня на землю. Эдди начал учиться и в следующий раз сам обещал написать письмо дедушке. Мы продолжаем работать с дельфинами и голубыми китами. Пятый уровень по-прежнему остаётся белым пятном. Но об этом тебе подробнее напишет месье Арман. Скажу только, что скучать нам не приходится и работы хватает. А как твоё здоровье, отец, как работа в клинике? Мы очень по тебе скучаем и ждём в гости.

Обнимаем. Ихтиандр».

Сальватор улыбнулся. Он был счастлив, получая такие послания.