— …лишь только такой подход, господа, — неслось из приемника, — может вывести нас из хаоса, в котором находится человечество. Тогда исчезнут гонка вооружений и войны. И, как следствие этого процесса, постепенно пропадет бедность и безликость стран, и нам, врачам, будет легче справиться с бичом человечества — болезнями. — Речь была прервана аплодисментами. Приемник на мгновение замолчал, а потом голос диктора произнес:
— В эфире Стокгольм. Вы слушали сообщение с открывшегося вчера международного конгресса «Врачи за согласие и понимание между народами». И, хотя имя ученого не было названо (скорее всего, это было сделано перед выступлением), Ихтиандр и Мишель не сомневались — это говорил профессор Сальватор де Аргенти.
На мгновение Ихтиандр потерял ощущение пространства. Первым опомнился де Луэстен:
— Но как это может быть?! Как Сальватор оказался в Швеции? Доктор же не мог раздвоиться!.. Ведь он должен ждать нас в Буэнос-Айресе! И где же тогда Луиза? Неужели это обман?! Господи, спаси и сохрани сестру, если она жива, — Мишель нервно заходил по каюте.
Ихтиандр к этому времени пришел в себя и не мог помочь своему другу. Его мучали те же сомнения, которые в одночасье усложнили и без того неопределенное положение.
Они еще какое-то время пытались найти объяснение, но, решив, что утро вечера мудренее, легли спать.
Утром их разбудил первый помощник капитана. Моторная лодка для поездки на остров с флюгером была уже спущена на воду.
Ихтиандр перенес в нее саквояж с системой обратной связи и оружием, и лодка на максимальной скорости стала удаляться от парохода. После радиопередачи с выступлением доктора не только Мишель, но и его друг стали сомневаться в том, что на острове что-то произошло. В самом деле: если нельзя верить телеграфным сообщениям Сальватора, то почему нужно верить информации дельфинов, тем более переданной на такое колоссальное расстояние? В пути могли возникнуть препятствия и исказить ее смысл…
Приближаясь к острову, друзья мечтали увидеть целый поселок и радостные лица встречающих. Но этому не суждено было сбыться. Поселок, конечно, можно было восстановить — так подумалось, но гнетущие мысли о пропавших людях давили к земле, подкашивая ноги.
Ихтиандр молча надел аппарат обратной связи и, махнув рукой в сторону океана, пошел в воду. Окунувшись в родную соленую стихию, он некоторое время приходил в себя, пытаясь обрести утерянное душевное равновесие. На какой-то миг он даже забыл, зачем находится в океане…
Тщетно пытался он вызвать дельфинов — ни Лидинг, никто другой из них так и не появился на его зов.
— Я уже потерял тебя, — проговорил Мишель, идя навстречу Ихтиандру. — Пора на корабль. Наше время истекает.
Молодые люди медленно прошли по полуразрушенному поселку. Ихтиандр остановился, о чем-то вспомнив, и, наклонившись, исчез под развалинами дома. Вскоре он появился вновь, в его руке переливался зеленый изумруд — подарок Луизы:
— Этот камень мне дорог, его нельзя оставлять здесь. — Мишель бережно взял изумруд, вглядываясь в его прозрачную глубину, как бы желая прочитать в ней судьбу любимой сестры, затем, вздохнув, он отдал камень и молча направился к лодке. У воды друзья остановились и, бросив прощальный взгляд на остров, отчалили от берега…
И снова пароход нес их вперед, навстречу неизвестности. На протяжении трех недель океан безмолвствовал. Лишь небо изредка покрывалось тяжелыми облаками, но и тогда, казалось, уже поднимающаяся волна вдруг оседала, и снова ничего не беспокоило тишину водной глади.
— Вот здесь я мог бы плыть когда-то, — как-то задумчиво проговорил Ихтиандр, осматривая океанский простор. — Как давно это было… Тогда, сбежав из тюрьмы, я был одинок. Мне предстояло решить, каким образом добираться из Аргентины до острова с флюгером… Ведь было два пути, и один из них — через Панамский канал. Но судьбе было угодно, чтобы я выбрал другую дорогу, и я не жалею, что прислушался к совету отца. Ведь иначе не было бы встречи с Жаком и с твоей сестрой, Мишель, и этой необыкновенной, фантастической и так странно окончившейся встречи с людьми будущего… Что ждет нас ЗАВТРА?..
Пароход по-прежнему скользил по глади океана, и никто из них не знал, какие события ожидают впереди…
Сообщение, переданное шведским радио, привело в заблуждение не только друзей профессора. Радисты подводной лодки У-154, получившие приказ резидента Дитриха о круглосуточном выслушивании эфира на определенных волнах, тоже услышали его. Подлодка находилась к этому времени в акватории мыса Горн, преодолев без особых трудностей значительное расстояние. Проанализировав сообщение о конгрессе в Стокгольме, Дитрих Редер задумчиво проговорил:
— Профессор Сальватор, несомненно, гениальный человек… Он почувствовал опасность на расстоянии и своевременно убрался в Европу… Ну что ж, мы все же навестим его владения в Аргентине, а затем наши люди отыщут его и в Швеции.
