— Частушки на русском с жутким немецким акцентом. Очень популярны в последние месяцы. Записали какие-то тайные фанатики из Европы и распространяли на дискетках, смельчаки. Нескольких, по слухам, уже высадили в Южно-Сахалинске. Хотел бы я с ними пообщаться…
— Кажется, ты уже познакомился с одним из этих фанатиков, — смеется Анри и хлопает Карела по плечу.
После того, как Ростислав Степанович уволился из школы и вышел на пенсию, у него появилась заветная мечта — купить загородный участок.
Он долго копил, откладывал с пенсии, и, наконец, весной 201* года приобрел шесть соток в коллективном саду в десяти километрах от Андреевска. Огородик был заросший, сарай почти развалился, и участок обошелся совсем дешево, даже осталось тысяч восемь на черный день.
Через пару недель после покупки, в начале мая, случилось несчастье — в гараже сгорела старенькая «девятка» Ростислава Степановича, на которой он не ездил уже несколько лет. В райсуде завели дело, стали искать поджигателей. Соседи на словах сочувствовали бывшему педагогу, ведь ездить в сад ему стало не на чем, но помочь не могли и не хотели. Только Георгий Алексеевич, давний друг, живущий сверху, посоветовал:
— Надо тебе, Слава, купить какой-нибудь мотороллер, или мопед с кузовом. Почитай газеты с объявлениями, они стоят дешево. Или зайди в Интернет.
— Нету у меня всех этих новомодных штучек, — нахмурился Ростислав Степанович, хотя на дворе стоял 201* год и подобные «новомодные штучки» были в каждой квартире. — Пожалуй, точно, куплю газету «Всё-Всем», может, и найду что-нибудь дешевое.
Старик, одетый в рубаху изо льна, сидел на вершине скалы. Ветер раздувал его седые волосы, глаза слезились, он смотрел на ночное небо, на три луны. Старик знал каждую видимую звезду, номер каждой обитаемой планеты.
Перед ним была пустыня. Вспышка внизу отвлекла старика от созерцания, и он спустился со скального уступа.
— Скоро Запланированное осуществится, мой друг, я видел. Космос не будет испытывать более дурного влияния планеты номер тринадцать. Она исчезнет.
— Я рад сему! — громомгласно ответил сверкающий лик над пустыней. — Да будет так.
— Извините, это не вы продаете «транспортное средство» за четыре тысячи рублей?
— Да, — ответил бархатистый баритон. — Будете брать?
— Ну, для начала скажите, что это такое, почему так дешево? Оно хоть рабочее, это ваше средство?
Голос на том конце линии хохотнул.
— Да еще какое рабочее! На ходу, все работает, техосмотр пройден, недавно перекрасил в желтый цвет, теперь сверкает, как новенький!
— Ну вы хоть объясните, что это такое? Вы понимаете, мне нужно в сад ездить, тут неподалеку, и мне хотелось бы любую добротную машину — мопед, мотоцикл.
— А вы приходите, увидите! Вы в каком районе живете? Я в частном секторе живу, в Черезречном районе, улица Красноармейская, дом 5.
Ростислав Степанович оживился.
— О, да это близко, можно зайти сегодня вечером?
— Да пожалуйста. Я не представился, меня зовут Олег Тарасович Вобла. Приходите, может, сразу и купите.
Частный сектор встретил Ростислава Степановича лаем дворовых собак и чириканьем воробьев. Здесь все было по-старому: аккуратные, отделанные вагонкой деревянные дома, сточные канавы для помоев, беспородные матерые коты на заборах, бабушки с козами на веревочке… В коллективном саду, где были шесть соток Ростислава Степановича, такого уже не встретишь — там стояли сиротливые кирпичные домики с единственным окошком, или наоборот, роскошные особняки бизнесменов, с подземным гаражом и бетонным забором.
Не без труда отыскав в лабиринте улочек Красноармейскую, дом пять, пенсионер позвонил в дверь. Пес за дверью тявкнул и злобно зарычал, послышались чьи-то шаги и дверь открыл полноватый, небольшого роста мужичек с лысиной и роскошными усами.
— Приветствую! — сказал бывший учитель и пожал мужичку руку.
— Здорово, заходи, — сказал Олег Тарасович, перейдя на «ты», как это обычно делают при личной беседе деревенские жители. — Посмотришь?
— Ну, давай, показывай, что у тебя за «средство».
Пенсионер зашел во внутренний дворик и остолбенел…
За воротами, ближе к дому, между колодцем и вишнями, стоял желтый трехметровый цилиндрический объект с единственной дверью, небольшими колесиками и странной металлической перекладиной на крыше. В памяти Ростислава Степановича всплыл любимый фильм юности — шедевр советского кино «Кин-дза-дза»…
— Желтый сверхстратегический пепелац вооруженных сил КНДР, — гордо проговорил Олег Тарасович, покручивая усы пальцем.
— Он что… летает? — усмехнулся Ростислав Степанович. — Откуда он у тебя?
— Да, у меня дядя в посольстве в Корее работал, они ему списанный подарили. Там как раз подписали договор о демилитаризации. А откуда корейцы его взяли, одному Богу известно.
