Они соприкасались губами едва-едва, когда перешёптывались. Юрец чуть было не застонал от сладкой волны, которая прошлась от этих прикосновений. Он набрался смелости и, приподняв голову, влажно и горячо поцеловал Талгата, ставя всё на кон. Талгат сделал, как тогда – поддел его одной рукой и прижал к себе, а второй – придержал за затылок. Ниже пояса стало очевидно, как они рады друг другу. Юрец, ошалев, цапнул Талгата за тощую задницу, куснул за губу и повторил:
– Что бы ты делал, если бы вошёл не я?
Ему было так хорошо и легко, как никогда раньше. Никаких замысловатых игр, уговоров, нелепых, смущающих движений и сомнений. Они сейчас были как два пирата, уплывших от всех преследователей на своей быстроходной шхуне. С голубыми парусами.
Талгат сжал его волосы на затылке и, заставив откинуть голову, засосал кожу на шее.
– Затащил бы сюда, – издевательски пропел он прямо Юрцу в ухо. – Что, думаешь, ждал бы тебя до пенсии? Ха!
Юрец замер на секунду, а потом, обвив шутника ногой, рывком перекатился и оседлал того сверху. Талгат тихо засмеялся, подтягивая Юрца за бёдра выше. Юрец попытался схватить его за запястья, чтобы прижать его руки к кровати, чем затеял неспешную борьбу.
– Ждал бы, – уверенно сказал Юрец, одерживая победу.
Талгат перестал сопротивляться. Он больше не ржал и не пытался вырвать руки. Юрец тоже замер, ожидая ответа.
– Почему? – то ли Юрца, то ли себя спросил Талгат.
И в этот момент Юрец понял – они чувствуют одно и то же. Талгат так же смущён и сбит с толку той кашей, которую они заварили. Их швыряло по палубе, но они переживали этот шторм вместе.
Юрец порывисто наклонился и прошептал ему в губы решение их уравнения:
– Потому, что я – твой «икс равно».
