— К сожалению, меня уже не будет в столице, релей Ферралис.
— И вы не отложите свою поездку даже ради встречи с королём? — его губы изогнулись в недовольной ухмылке, а взгляд стал опасным.
— Это вопрос жизни и смерти, причём не только моей, уважаемый релей. Поэтому со всем прискорбием вынуждена отказаться.
— Прекрасная и дерзкая зайтана…
— Анна, — пришлось подсказать мне.
— Зайтана Анна. Это личное или родовое имя? — сально улыбнулся он.
— Личное, — постаралась быть любезной я, мысленно взывая к Тарнису.
Но тот, как назло, куда-то запропастился. Зато рядом отирались мои охранники. Бросив быстрый умоляющий взгляд на немого деда, в ответ не получила никакого отклика и едва не взвыла мысленно, когда мой второй юный охранник врезался в уже пустую витрину и опрокинул её, создав переполох в помещении. Телохранители короля взяли его в кольцо и немного оттеснили в сторону.
— Простите, релей Ферралис, но вынуждена идти. Всего вам хорошего!
«Особенно поноса», — мысленно добавила я и кинулась подбирать с пола подушечки чёрного бархата, что лежали на витрине.
— Вы ещё обязательно встретитесь с королём, зайтана Анна. Обязательно, — сверкнул глазами монарх и ушёл, а я, наконец, выдохнула спокойно.
И с чего меня так разобрало? Интуиция у меня так себе, будем честны с собой и миром. В людях я разбираюсь на троечку (хотелось бы сказать, что из пяти, но скорее уж из десяти, один Алекс чего стоит).
— Вижу, знакомство с Ферралисом прошло успешно, — ухмыльнулся вынырнувший из ниоткуда Тарнис.
— Где ты был? — прошипела я, стараясь, чтобы нас не слышали оставшиеся гости аукциона, покидающие помещение. — Он вёл себя странно!
— Извини, дорогая, но я подрядился защищать твою жизнь, а не честь. Тебе ничего не угрожает, в открытую против Алекса он не пойдёт, особенно сейчас, после того как тот предоставил «клещей» и прошёл несколько допросов, снявших с него практически все подозрения.
— Это не повод оставлять меня один на один со всякими шакалами!
— Надеюсь, что «шакал» — это уважительная форма названия монарха в вашем мире, — вздёрнул Тарн бровь, спрятав улыбку.
— И не только монархов! — насупилась я.
— Учту.
— Мы можем идти?
— Да. Кстати, хочешь сплетню? — доверительно спросил Тарн, когда мы выдвинулись в сторону его дома.
— Глупости не спрашивай. Кто в здравом уме откажется от сплетни?
— Особенно от такой, с пикантным привкусом скандала, о котором завтра будут знать все, — по-кошачьи сощурился Тарнис.
— Тогда не томи.
— Сегодня на аукцион пыталась попасть Ксендра, утверждая, что приглашение было направлено на имя лея Иртовильдарена. Мы помурыжили её на входе, якобы сверяясь со списком фамилий, а затем попросили доверенность. Конечно, пускать её никто не собирался, но мне стало любопытно взглянуть, а затем и проверить. Каково же было её удивление, когда оказалось, что доверенность аннулирована. Если бы ты знала, с каким огромным удовольствием мне пришлось ей отказать, мотивировав тем, что это аукцион с участием короля и вход только по приглашениям. Насколько мне известно, она уже давно пытается попасться Ферралису на глаза. Судя по её лицу, Алекса ждёт взбучка. А ещё я совершенно случайно в красках обсудил эту неловкую ситуацию в метре от чутких ушей главной столичной сплетницы.
— Если ты думаешь, что я позлорадствую, то ошибаешься, — сказала я и позлорадствовала.
— Святая женщина! — закатил он глаза.
До его дома мы добирались в экипаже, запряженном аххитом, все устали за день, и в кабине повисла тишина.
— Мы отправляемся к Иртовильдаренам завтра утром? — спросила я.
— Да, с утра улажу денежные вопросы с Талием, а затем перейдём порталом в соседний городок с поместьем лея Иртовильдарена-старшего.
— А в само поместье нельзя?
— Я никогда там не был, кроме того, это было бы крайне невежливо с нашей стороны. Оставим старику право хлопнуть дверью перед вашим носом. Ты теперь исключительно состоятельная лея, проблем с жильём не будет в любом случае.
Я кивнула, отчаянно мандражируя перед встречей со свёкрами.
Алексис
Засыпал с тяжелейшей головой. Допросы утомили аж до мушек в глазах, а от ощущения, что кто-то копался в мозгах и вовсе хотелось блевануть, пусть меня и допрашивал хорошо знакомый дознаватель. В такой ситуации даже не знаешь, что лучше — друг будет просматривать твои воспоминания или чужак.
С меня сняли официальные подозрения и приняли «клещей» в работу, но часы, проведённые в дознании, вымотали настолько, что хотелось сдохнуть. При этом сон никак не шёл. Новый допрос словно разбередил что-то внутри, но я никак не мог понять что. В итоге уснул с рассветом, а проснулся от яростного стука в дверь спустя всего пару часов. Судя по змеиному шипению, это была Ксендра. И она явно злилась. Почему-то меня это не просто не расстроило, а как-то даже развеселило. Я спокойно оделся, закончил утренний туалет, налил себе чашечку травяного чая под звуки истерики из коридора и только потом открыл дверь.
Она влетела в квартиру бешеным вихрем, на ходу выкрикивая оскорбления:
