В сборнике рассказов и очерков советского писателя Анатолия Онегова перед читателем во всем многообразии показан богатый мир природы. Книга учит понимать и любить родную природу, знакомит с жизнью и повадками обитателей водной среды, воспитывает бережное отношение к рыбным запасам наших рек и озер.Для широкого круга любителей рыбной ловли.
Конечно, приятно, да и удобно тоже, когда выходишь из дома посреди ночи с рыболовным ящиком, с буром, в ватных штанах, в валенках, в тулупе, и не надо тебе никуда дальше идти – приятно, да и удобно, когда у твоего подъезда ждет тебя машина, готовая отвезти всего, как ты есть, безпересадок и ожиданий прямо на рыбалку.
Я, конечно, не за то, чтобы каждому рыболову подавали к подъезду автомобиль – так и автомобилей-то на всех не хватит! Но так уж вышло в этом году, что всю весну, каждую субботу под воскресенье, а точнее, в первые часы воскресенья, ждал меня около дома легковой автомобиль, за рулем которого замирал в напряженном ожидании Ильин, а рядом с Ильиным-водителем с не меньшим трепетом ждал моего появления Инспектор…
В том, что за рулем машины сидел Ильин, не было ничего особенного. Просто у Ильина наконец появился свой автомобиль. Ну а о том, чтобы этот автомобиль вместе с Ильиным мотался по ночным зимним дорогам, разыскивая в метели и морозы пути-подходы к самым заветным заливам, позаботились мы с Инспектором. Раз уж у каждого человека должна быть тяга к природе, то почему бы такой тяги, избавляющей от стресса городской жизни, не появиться вдруг и у Ильина? К тому же Ильин, владелец транспорта, оказался человеком слабохарактерным и после первой же нашей беседы-увещевания отправился в рыболовный магазин и накупил там самых разных магазинных удочек и мормышек.
Правда, широко рекламировать свое увлечение перед домашними он не стал – дома у него была жена Валентина, женщина строгая, молчаливая, но ужасно решительная и предрасположенная к крайним выводам и суждениям. И я до сих пор предполагаю, что все свои ночные походы-поездки на рыбалку новоиспеченный рыбак-подледник объяснял дома только так:
– Ну, понимаешь… Ну, неудобно перед ребятами… Обещал… Вернусь скоро… Конечно, тут же поеду к теще… – И т. п.
На что жена Валентина, в моем представлении, должна была, не произнося вслух ни слова, окончательно решить про себя: «Хорошо! Поезжай, поезжай! Но если еще раз, то развод!»
Словом, всякий раз Ильину приходилось с большим, хотя, разумеется, и не очень громким боем-противостоянием отстаивать свое право подать к подъезду моего дома железного коня, нацеленного нашим неудержимым желанием только вперед, только за лещами.
Это коротенько про Ильина. А теперь про Инспектора…
Инспектор действительно был инспектором, настоящим, рыболовным, и отсюда, из столицы, инспектировал-управлял всеми инспекторами, которые бессменно несли свои тревожные вахты на северных реках, куда заходил на нерест бродяга лосось… А лосось действительно был бродягой, и, как за каждым бродягой, за лососем надо было следить, и не только там, на местах, но и отсюда, из центра, с помощью самых совершенных ЭВМ нанося на карту мира его очередные дороги.
К чести нашего Инспектора надо сказать, что инспектировал лосося он не только из московского особняка, занятого соответствующей инспектирующей организацией. Это только по зиме, когда лососи отсиживались в глубинах нейтральных вод, наш Инспектор вдыхал прелести столичной жизни вместе с городским воздухом. Все остальное время он был где-то там, на севере, и всякий раз перед новой зимой мы в Москве с беспокойством и надеждой ждали его возвращения.
Наше беспокойство объяснялось истинным беспокойством – ведь по берегам лососевых рек бродят не только медведи, подбирающие ослабевших рыб. А надежда?.. Уж тут простите – грешен человек – надеялись мы всякий раз, разумеется про себя, что вдруг наш Инспектор, Главный Инспектор по всем лососям, одарит нас по возвращении хоть ломтиком этого самого деликатеса-дефицита… Ах, как хорошо положить такой ломтик на кусочек белого хлеба, а потом, перед тем как отведать сей дар северных вод, дотронуться пальцами до запотевшего стекла соответствующей посуды!
Но наш Инспектор ни разу не оправдал наших надежд. Нет, домой он возвращался всякий раз живым и здоровым, но, увы, и на этот раз не усвоив себе, что такое дефицит… Помните у Райкина?.. И Райкина мы ему показывали по телевизору и про «товароведа из отдела обувь» рассказывали, который превратился в простого инженера после того, как не стало дефицита. Все тщетно. Возвращение Инспектора, как и сто лет назад, мы отмечали по-гусарски громко, с соответствующими тостами за новую зиму, за новые пути-дороги к лещам и ершам, но, увы, лишь под пюре из магазинной картошки…
Ну, что делать, если не родился наш друг «товароведом из отдела обувь», если не внял советам знаменитого сатирика… Ну а уж если рассказывать дальше, то будет совсем смешно. И все-таки расскажу, чтобы вы представили до конца всю нашу разудалую компанию…
