Б о р и с. О-о!.. Слушайте… Судя по всему, у них с Инной произошло следующее. Он вошел к ним в квартиру, потом в комнату, где лежит Инна, и поздоровался с нею. Промямлил, что просит извинить за запоздалое посещение, и подал Инне букет и плитку шоколада. Она взяла, поблагодарила. Потом понюхала букет, посмотрела еще раз на плитку шоколада и с негодованием сказала: «Кирилл! Как вам не стыдно?! Мало того, что вы явились сюда тогда, когда все, что нужно, сделали без вас другие, — вы еще смеете преподносить мне от своего имени чужие цветы и чужой шоколад?!»
А л е к с е й. Что?.. Она так сказала?!
Я к о в. Как она могла узнать?!
Б о р и с. Ну это как раз проще простого… Ведь от твоего букета, Алеша, за километр несет бензином! А шоколад, он же Яшкин, дешевый, соевый!
А л е к с е й. Слушай, ты…
Я к о в. Ты же все врешь!
Б о р и с. Нет! Может быть, в точности так и не было, но в принципе должно же было быть! Если есть справедливость на свете… Во всяком случае, я не сомневаюсь в том, что Пятый был принят Инной довольно холодно, чувствовал себя у нее не очень важно и… позорно бежал. Да-да, бежал, терзаемый раскаянием и угрызениями совести. А Инна гневно, как она умеет, кричала ему вдогонку: «Уходите и больше никогда — слышите? — никогда не переступайте порога моего дома!»
З о й к а
М и х а и л. С добрым утром… А как все было, Зоя?
З о й к а. Кирилл сидел у Инны один час и сорок две минуты. Альбина Антоновна вскипятила чайник и угощала их чаем с клубничным вареньем. Потом Инна угощала Альбину Антоновну и Кирилла шоколадом.
Б о р и с. Твоим, Яшка!
Я к о в. Ну и пусть…
З о й к а. Потом Кирилл поцеловал Инне руку, сказал, что завтра, то есть, значит, сегодня, придет прямо с утра, и ушел… Вот как все было!
Б о р и с
А л е к с е й. Кто и кого обманул?
Б о р и с. Да этот же Пятый Инну! Чай с вареньем попил, Яшкин шоколад слопал, сказал: «Приду прямо с утра», — и вот… уже утро, а его нет.
А л е к с е й. Придет еще.
Б о р и с. Вряд ли… Ведь и вчера вечером мы его чуть не насильно к ней втолкнули.
Я к о в. Может, сегодня тоже… за ним съездить надо?
А л е к с е й
М и х а и л. А чего мы, собственно говоря?.. Не пришел — и не надо, нам же лучше. Я бы даже пошел и объяснил Инне, что это за тип, как нам пришлось его уговаривать, уламывать, чтобы он, видите ли, соизволил к ней подняться.
А л е к с е й. Нет, и этого не надо.
Б о р и с. А что надо? Ты знаешь, что надо? Сам-то ты знаешь?
А л е к с е й. Знаю.
Б о р и с. Что?
А л е к с е й. Будто его и не было! Забудем. Вычеркнем. Ни разу даже и не напомним ей, что был такой.
Б о р и с. Согласен! Но действовать дальше так, будто на самом деле его не было, по-моему, нельзя. Надо все-таки извлечь уроки и изменить стратегию и тактику.
А л е к с е й. О чем ты опять?
М и х а и л. О порядке и организованности!
Б о р и с. Я сказал ясно: надо изменить стратегию и тактику. Раньше мы действовали разобщенно, каждый сам по себе. Потом я предложил жребий… Теперь давайте иначе: не таиться друг от друга, делать все открыто, и пусть она сама выберет из нас того, кто окажется не лучше и достойнее, нет, мы с вами все, по-моему, вполне… пусть она выберет, кто окажется ей больше по душе.
А л е к с е й. Давайте…
Я к о в. Давайте…
М и х а и л. Давайте… (Достает из кармана газовую косынку.)
Б о р и с. Змеи! У вас, оказывается, все было приготовлено заранее! Ну, я сейчас тоже…
Готово!..
А л е к с е й. Слушай, Борис… Неужели ты не можешь придумать что-нибудь другое? Нехорошо же все-таки у соседей котят таскать.
М и х а и л. И некрасиво Инне ворованные вещи дарить.
Б о р и с. Так… Ты, Яков, тоже сделаешь соответствующее заявление по этому поводу?
Я к о в. Да, я тоже считаю, что…