Наконец все было готово. Формион махнул рукой, и на треножник упала сухая ветвь мирта. Клубы белого дыма, распространяя терпкий аромат, окутали высокую деревянную станину. Леша сделал слишком глубокий вдох и закашлялся. Слуга подал стратегу небольшую ольпу, и тот, аккуратно взяв ее за высокую изогнутую ручку, ловко плеснул на треножник изрядную порцию оливкового масла. Полыхнуло пламя. В тот же миг флейтист, стоящий рядом, извлек из инструмента протяжную трель. Все застыли в ожидании. Даже Алексей, десятки раз уже видевший подобные церемонии, замер и внутренне затрепетал. «Только бы получилось… Только бы получилось! Умоляю тебя…» — невольно шептал внутренний голос. Но кого нужно молить о милости, было совершенно не понятно… Неподвижные зрители, напряженно вслушиваясь в переливы флейты. Казалось, даже ветер стих. Стратег с Алкивиадом внимательно всматривались в небо, ища благоприятный знак для начала обряда. На мгновение музыка смолкла — флейтист перевел дыхание, — но вот мелодия полилась вновь. Стратег встрепенулся и указал рукой в сторону Потидеи. Все увидели высоко в небе силуэт ястреба. Хищник сделал мощный взмах и, сложив крылья, резко спикировал к стенкам города. Формион кивнул. Алкивиад перехватил жертвенный нож.
Из распоротой шей барана хлынула кровь. Ни одна капля не упала на землю. Очень хорошо! Леша невольно поймал себя на мысли, что с трепетом ожидает знака богов. Формион встал на колени, распорол брюхо животного и запустил руку во внутренности, нащупывая печень. Алексей поморщился и отвел взгляд.
Наконец все церемонии были закончены. Похоже, жертва пришлась богам по вкусу, и они были не против поглазеть на зловещие людские диковинки, сулящие еще больше страданий и крови. Леша прикрыл глаза, вспоминая собственноручно написанную инструкцию. Теперь наступил его черед.
— Расчет, на позицию!
— Есть!
— Накинуть стопор!
— Есть!
— Поднять противовес!
Алексей никогда не любил армейскую муштру и команды. Но сейчас эта церемониальность и грозная неотвратимая поступь последовательных приказов захватила его.
— Накинуть предохранитель!
— Есть!
— Стравить канат!
Время словно остановилось. Мир вокруг исчез. Был только зловещий хищный механизм и несколько человек, слившихся с этой странной чуждой машиной в завораживающем смертельном танце.
— К выстрелу готов!
— Сбросить предохранитель и отойти!
Наконец Алексей, словно очнувшись от сна, заметил окружающую толпу, следящую за ним затаив дыхание.
— Всем отойти!
По толпе пробежал легкий ропот.
— Дальше… Дальше!.. Еще дальше!
Леша сделал десять шагов, разматывая на ходу тонкий пеньковый шнур.
Готово. Через несколько секунд все будет ясно.
— Выстрел!
Громкий протяжный скрип — и свист рассекаемого воздуха. Сотни глаз проводили большой каменный шар, взвившийся высоко в небо. Несколько томительных мгновений, и камень исчез за городской стеной.
Толпа дружно выдохнула. Алкивиад радостно вскрикнул и хлопнул Лешу по плечу. Перелет… Отлично! Самые легкие — трехталантные — ядра падают за стену. Посмотрим, куда попадут четерехталантные.
— Расчет, на позицию!..
К вечеру, потратив дюжину каменных ядер, удалось правильно настроить требушет и навести его на цель. Тени деревьев уже медленно растворялись в наползающем сумраке, когда очередное ядро с треском врезалось в городские ворота. Даже отсюда, с расстояния целой стадии, было видно, как брызнули в стороны деревянные щепки. Ворота вздрогнули, но устояли. Ничего. Теперь это лишь вопрос времени.
С земляного вала донеслись радостные крики.
— Отлично, Алексиус! — одобрительно сказал Фермион, давно наблюдавший за Лешей. — Я рад, что ты оказался здесь. Афины не забудут оказанной услуги. Если… Гхм… Точнее, когда Потидея падет, тебе окажут все полагающиеся почести.
Стоящий неподалеку Алкивиад нахмурился и поддакнул с кислой улыбкой:
— Да, разумеется. Мы вспомним твои заслуги.
— Ну что же, пора отдыхать! Отлично сегодня поработали. Даже здесь слышно, как потидейцы дрожат от страха. Они получат по полной!
Леша хотел обратиться к нему, но заметив недовольную физиономию Алкивиада, решил, не нарушать субординацию и обратиться к непосредственному командиру, которым и был молодой эллин.
— Господин Алкивиад. Я беспокоюсь о предстоящей ночи. Пока что потидейцы не понимали, что мы готовим, и были спокойны. Но теперь… Может, стоит усилить охрану?
Алкивиад прищурился, испытующе посмотрел Леше в глаза, затем задумчиво оглядел возвышающуюся громаду требушета.
Из-за его спины донесся оклик:
— А, вот вы где! Что же вы не идете ужинать? — Улыбающийся Сократ вышел из темноты. — У нас сегодня небольшой пир в честь Алексиуса! Мясо жертвенного барана вышло отменно. Хорошая работа, молодой человек. Ты заслужил награду и отдых.
При этих словах Алкивиад осклабился и кисло поддакнул:
— Да-да. Несомненно… Пора идти.
Алексей бросил последний внимательный взгляд на зловещий силуэт требушета, растворяющийся в густых сумерках, и пошел за Сократом.
