На этот раз мне показалось, что высокий детский крик раздался совсем близко от меня. Я снова всмотрелась в окружающую тьму. Шезлонги были убраны с палубы, и не было видно никого, хоть мало-мальски похожего на маленького мальчика. Но вот я снова услышала крик и повернула голову в его направлении. Казалось, он доносится со стороны воды - однако этого не могло быть! Ни один малыш не смог бы продержаться в этом нагромождении волн больше пары минут. Должно быть, слух обманывал меня.
Мне захотелось закрыть лицо руками и дать волю слезам. Ужасное нападение на Джаспера, угроза моей собственной жизни, тревога за Адама, который находился сейчас где-то здесь, среди шторма, - все это совершенно лишило меня сил.
- Адам, Адам. - Я всхлипнула, чувствуя себя слишком изнеможенной, чтобы пытаться выбраться отсюда.
Но вот не звук, а какое-то движение привело к тому, что я ощутила прилив энергии. Я снова отвела с глаз мокрые пряди волос и устремила взгляд в темноту. Нет, это не галлюцинация! На фоне серебряного потока брызг и рассеянного света мелькнул силуэт детской головки. Я вздрогнула - он в шлюпке, в спасательной шлюпке! Она была закреплена в специальной раме высоко над палубой.
- Скотти! - закричала я. В ответ на мой крик мальчик встал. - Нет, не надо! Оставайся там!
Но не думаю, что он понял меня - скорее всего, просто услышал голос, но не разобрал слов. Я увидела, что малыш стал подвигаться к краю шлюпки.
- Нет, Скотти, нет! Не делай этого! - снова закричала я, но дождь заглушил мои крики. Если мальчик оставит спасательную шлюпку, то неминуемо будет смыт первой же волной. Должно быть, он залез туда до того, как разыгрался шторм.
Мне следовало идти за помощью. Но было ли у меня время привести спасателей? Нет, малыш упорно старался выбраться из шлюпки. Я собралась снова закричать, но в этот момент боковым зрением увидела темную фигуру, приближавшуюся ко мне. Черный монах! Он опять настиг меня! Я отпустила поручень, и в тот же миг меня подхватила волна, подхватила с предательской нежностью и перенесла к борту.
- Что, черт возьми, ты тут делаешь? - выругался Адам. Лицо его блестело от воды, черные волосы прилипли к голове. Он прижал меня к себе и теперь держался за наружный поручень, чтобы нас обоих не смыло за борт.
- Скотти, он там! - Я показала на шлюпку и с ужасом увидела, что малыш уже достиг ее конца и теперь пытается сползти вниз.
- Не двигайся!
В следующее мгновение Адам оставил меня. Я оцепенела. Так он будет карабкаться вверх по скользкой металлической конструкции! Раму постоянно окатывали потоки воды, и она почти все время была скрыта от глаз белой пеной.
"Не делай этого!" - но этих слов я так и не произнесла, потому что увидела, как темная фигура уже борется со стихией, иногда полностью исчезая из виду. Из груди моей вырвались рыдания, я отлично понимала, что в любой момент Адама может унести в океан, который поглотит его навсегда.
Но тут радость переполнила меня - я увидела, что он взобрался в шлюпку. Адам уже дотянулся до мальчика, когда гигантский гребень волны накрыл их. Я взмолилась и застонала одновременно. Я люблю его! Больше не было сил отрицать это. Любовь осенила меня своим крылом, когда его губы впервые коснулись моих губ. Пенистая волна ушла.., но спасательная шлюпка была пустой!
Я уже почти опустилась на колени, когда увидела их. Слава Богу! Они сумели-таки добраться до палубы! Скотти крепко обнимал моего мужа за шею.
- Адам!
Его смелость обнажила во мне чувства, которые при любых других обстоятельствах я бы отрицала. Шок, который я испытала, решив, что его смыло за борт, заставил меня посмотреть правде в глаза. И даже невзирая на то что я была игрушкой в руках Адама Демореста, я не могла больше бороться со своими чувствами. Я его любила.
Глава 9
Испуганного мальчика передали счастливым родителям. Они принялись благодарить Адама, но он прервал их:
- Скажите спасибо моей жене. Это она обнаружила Скотти.
- Нет! - запротестовала я. - Ведь ты, именно ты с риском для жизни добрался до шлюпки. А я.., я уже думала, что вас обоих смыла волна. - Мои глаза наполнились слезами. - Я так испугалась, так испугалась... - Всхлипнув, я прижалась к его груди.
С нашей одежды стекали потоки воды. Из главного салона доносились звуки музыки, но толпа взволнованных пассажиров в маскарадных костюмах обступила нас, желая узнать, что произошло. Я поискала глазами черного монаха, но его не было видно.
- Пойдем, тебе надо переодеться в сухую одежду, - сказал Адам.
Я не думала, что смогу когда-либо снова согреться, но множество грелок и одеял оказали на меня благотворное действие: мои зубы больше не стучали. Я понимала, что дрожу не только от холода, но еще и от страха - самые разные чувства переполняли меня. Мне хотелось смеяться, плакать и ругаться одновременно.