Адам поднес к моим посиневшим губам бокал с бренди. Крепкий напиток обжег мне горло. Он уже снял с себя мокрую одежду и в халате присел на край моей постели. Волосы его были еще влажными и прядями спускались на лоб. Я удивилась тому, что когда-то считала его черствым и жестким. Ведь он рисковал жизнью ради спасения маленького мальчика. Никогда не забыть мне того момента, когда я решила, что океан разлучил нас.
- А с Джаспером как, все в порядке? - спросила я.
Адам кивнул.
- Корабельный врач сказал, что ничего серьезного нет. Я очень рад, что он оказался тогда с тобой. - Адам ласково потрепал меня по щеке. - Но об этом мы поговорим позже. Сегодня с тебя уже хватит волнений. Давай поспи. А завтра утром все предстанет перед тобой в другом свете.
Он поднялся и, наклонившись, нежно поцеловал меня в губы.
- Мне.., мне холодно. - По моим щекам заструились слезы.
- Еще бренди?
Я отрицательно покачала головой.
- Тогда еще одеял?
- Нет.
- Что же тогда?
Я вытащила из-под одеяла руку и дотронулась до него.
- Пожалуйста.., не уходи.
Адам снова сел на краешек кровати.
- Все уже позади, Шарль. Никто больше не причинит тебе вреда. Со мной ты в безопасности.
- Знаю. - Одно простое слово, а содержало оно в себе так много! Для подобного ответа у меня вроде бы не было никаких оснований, и все же он был правдив. Что бы ни случилось, Адам будет меня защищать. - Останься... Моя просьба удивила его.
- О чем ты, Шарль?
- О том, что ты.., ты мог бы.., обнять меня и согреть.
Моя дерзость поразила меня саму. Адам напрягся.
- Собираешься подвергнуть испытанию мою силу воли? Если так, то даже и не думай об этом. У меня ее совсем нет. А когда ты будешь лежать рядом - такая прекрасная, такая желанная... О Боже, Шарль, я же все-таки мужчина, а не святой.
- Но ведь и не дьявол! А если бы даже и дьявол, это не имеет больше для меня значения. Я ничего не могу поделать со своими чувствами. Сегодня, когда мы танцевали и ты ласкал меня взглядом... А потом, когда увидела, что ты рискуешь жизнью ради Скотти, я не могла больше себя обманывать.
- Но пойми, сейчас ты находишься в шоковом состоянии и не способна мыслить здраво.
- Нет, способна. Может быть, впервые в жизни. Это не имеет никакого смысла.., но я люблю тебя. - Слова эти легко сорвались с моих губ - я говорила правду. - Не хочу, чтобы ты оставил меня. - Я страстно желала теснее прильнуть к нему, чтобы холод ушел и чтобы Адам поделился со мной той силой, которая таилась в его могучем теле. Я хотела, чтобы он разделил со мной ложе и любил меня. - Ведь мы же женаты, не правда ли?
Адам улыбнулся своей удивительной улыбкой.
- Ну какое это имеет значение, Шарль?
- Наверное, ты прав, никакого. - Условности не имели ничего общего с моим чувством к нему. Он пристально посмотрел на меня.
- Мне понадобилась вся сила воли, чтобы сохранить дистанцию между нами. Дорогая, ты отдаешь себе отчет в своих поступках?
- Да.., я делаю неприличные предложения своему супругу.
Адам наклонил голову, внимательно глядя на меня своими серо-голубыми глазами, и легонько поцеловал в веки.
- А ты понимаешь, что для меня практически невозможно отвергнуть твое предложение?
- Может, перестанешь разговаривать и придешь наконец ко мне? - потребовала я тоном сварливой жены, отчего мы оба улыбнулись.
И тут я не на шутку испугалась. Нет, не его, а своей собственной самонадеянности. На самом деле я и понятия не имела о том, что следует делать с любовью, которая переполняла меня. Я просто знала, что хочу его, и это восхитительное желание смущало меня.
Он развязал пояс халата. Его фигура была достойна кисти Микеланджело твердые гладкие мышцы, великолепное сложение. Конечно же Адам мог позволить себе надеть обтягивающие штаны на маскарад, они бы только самым лучшим образом подчеркнули его мужские достоинства. Но я радовалась, что он не сделал этого мне не хотелось делить любимого ни с кем.
Адам скользнул ко мне в постель и, по-видимому, понял, что моя дрожь вызвана не столько холодом, сколько страхом, потому что тотчас покрыл мой лоб и волосы нежными поцелуями. Он не делал быстрых и резких движений, а просто позволил теплу своего тела согреть меня. Сквозь ткань ночной рубашки я чувствовала его длинные ноги. И это ощущение было несравнимо ни с чем ощущение физической близости., и отсутствия одиночества.
- Я люблю тебя, - прошептал Адам, покусывая мочку моего уха. - Ты не представляешь, сколько раз хотел я распахнуть дверь в твою комнату и вот так прижать тебя к себе. Когда я впервые увидел тебя, ты поразила меня своей живостью, роскошными волосами и кожей, белой как слоновая кость.