-,Гаденыш… Укоротить бы ему его длинный язык, - бормочу я, и рука непроизвольно сжимается на эфесе меча, стоящего у моих ног.
Я заложник идиотского закона Оддерона, присвоившего этому миру меч моего отца. Если бы только этот тупой вояка только знал, какую силу в себе таит на самом деле этот клинок, возможно, оставил бы его себе. Невовремя… Так невовремя Тахар открыл свой рот.
- Ты зря наживаешь себе врага в лице Ривердол, - задумчиво произносит Анран. - Он молод, и по верховенству крови золотая квинта эордов с ним считается. Приходит время молодых, и скоро их будет в кварде большинство. У тебя много завистников, Эйрис, ты получил престол не по праву крови, а по вердикту Шаа, и если ты оступишься и квард не поддержит тебя, ты можешь лишиться власти. Айгард своего не упустит.
Я опустился в кресло напротив старейшины, пряча за неспешным распитием ллайра свою крайнюю заинтересованность.
- Мне в руки попала занятная бумага, - безмятежно продолжил Анран. - Протест главы Альянса Ррайд. Тебя обвиняют в нарушении мирного договора. Я пока спрятал его в долгий ящик, но если Тайрон Видерон будет настаивать, я не смогу скрывать этот факт от эордов. И тогда Тахар спустит на тебя всех песчаных хрогов.
- Я действовал в интересах Оддегиры, - я подаюсь корпусом к старику, смело глядя в его лицо. - Мне было пророчество Шаа. Оракул сказал, что Нария угроза для мира песков.
- Я верю тебе. Но поверят ли другие? – белесые глаза Анрана спокойно выдерживают мой свирепый взгляд.
- Что ты предлагаешь?
- Ты можешь перетянуть мальчишку на свою сторону самым древним и проверенным способом, - улыбка хранителя становится узкой и хищной. - Соедини себя с Тахаром узами родства. Возьми в жены его сестру.
Меня передергивает от омерзения.
- Проще жениться на ядовитой гадюке, чем жить с Наэли. Капризная, избалованная сука.
- Ты боишься женщины, повелитель? – усмехается Анран.
- Нет, - зло выплевываю я. – Боюсь, что придушу ее в первую же луну.
- Подумай над моими словами. Браком ты заткнешь Айгарду рот и укрепишь свое положение кровью. Тебе от жены всего-то и нужен, что наследник. Получишь его, и можешь забыть о ее существовании совсем. У тебя столько гетер, что пустовать твое ложе никогда не будет.
Тяжело вздохнув, я поднимаюсь с места, уставившись в открытый проем окна. Алый закат разливается пурпуром по белым стенам Каддагара и серебряным коврам песков. Ветер вздымает пыльные воронки, шевелит песчаные барханы за каменными хребтами, словно волны бескрайнего океана. Все так не вовремя… И эктраль пропала… Сколько витков еще осталось до выхода ее к вратам миров? Я не знаю. Я должен продержаться.
- Я подумаю над твоими словами, мудрейший.
Старик молчит, но я знаю, что когда повернусь, увижу на его лице понимающую улыбку.
- Не стоит так огорчаться, Эйрис, – Анран заходит за мою спину, а затем, став рядом, смотрит на вечерний пейзаж за окном. – Брак лишь вынужденная мера. Он ни в коей мере не ущемит твоей свободы. У женщин оддегиры нет права голоса, ты же знаешь. Тебе ведь все равно однажды придется найти себе пару. Так почему не Наэли? К тому же, насколько могу судить, она красива.
- Красива, - хмуро соглашаюсь я, не отводя взгляда от песчаных барханов, перекатывающихся в сереющей дали. Серебристые вихри кружат затейливый танец на их навершиях, и в его беспорядочном такте мне чудится тонкая фигура в белом, с реющим за спиной шлейфом золотых волос.
- Завтра квард, - тихо произносит старик. – Будь осторожен, Эйрис.
- Спасибо, Анран. Я не забуду.
- Не стоит благодарности. Дело не в тебе. Хотя и в тебе тоже, - по лицу мудрейшего пробегает легкая тень. - Оддегире нужен умный, сильный и хладнокровный правитель. Тахар - глупый мальчишка, рвущийся к власти, не умеющий контролировать приступы своей ярости. Я слишком хорошо помню, как вымирала наша раса. Повторения не хочу.
- Не волнуйся. Я подготовлюсь к завтрашнему собранию. А насчет Наэли… Посмотрим по обстоятельством.
- Вот и отлично, - старик возвращается в кресло и, допив ллайр, поднимает на меня свои белые глаза. – Мне пора домой. Темнеет.
- Я перенесу тебя, - усмехаюсь старому пройдохе, видя, как полюбовно он смотрит на бутылку. – Забери напиток с собой. Мне на завтра нужна ясная голова.
Духи просачиваются сквозь стены, повинуясь моему молчаливому призыву, и вскоре сухощавая фигура Анрана тает в золотом облаке, оставив меня наедине с невеселыми мыслями.
