Пришла пора закончить эту историю... по крайней мере часть её. Вы сами всё поймёте. Всем воздаться за их грехи и деяния. Том. Лиза. Шехар и все остальные. Фонда Лапласа. Рейнско-Верденская война и Гражданская война на Сульфаре. Все истории найдут свой конец. Осталось совсем немного.
Спускающийся с орбиты челнок больше напоминал небольшой метеорит, прорывающийся сквозь плотные слои атмосферы. Яркая точка, оставляющая за собой длинный и искрящийся пламенем хвост в вечернем небе.
Находящийся в шикарной и дорого обставленной комнате для ожидания, мужчина неотрывно следил за тем, как небольшое судно снижается, приближаясь к главному космопорту планетарной столицы Вакелана. Одной из двух обитаемых планет системы Фолкерк.
Не прошло и десяти минут с момента появления огненной кометы в небе, как изящный челнок задействовал собственные антигравы и опустился на посадочной площадке космопорта. К этому времени, мужчина уже вышел на улицу в сопровождении своей охраны, ожидая, когда наконец сможет обнять своего сына, которого он не видел почти два месяца.
— Ну? И как тебе Анхальт?
Хьюго Вилм, один из самых влиятельных людей в кулуарах власти Союза Независимых Планет насыпал в бокал немного льда и взял в руки вырезанный из стекла графин с дорогим бренди.
Они сидели в просторной гостиной их семейного поместья. За окнами уже опустилась ночь, которая, впрочем, была достаточно светлой, благодаря отражённому свету сразу двух спутников Валкена. В комнате они находились лишь вдвоём. Всю прислугу и своих помощников Хьюго отпустил, чтобы они не помешали его встрече с сыном.
— Ну, не хочу тебя обидеть, но по сравнению с Новой Саксонией даже наша столица выглядит, как унылое захолустье, — с грустной ноткой улыбнулся Хавьер и благодарно принял из рук отца бокал с алкоголем. — Это место действительно впечатляет.
— Прямо настолько? — с напускным любопытством поинтересовался Хьюго, опускаясь в кресло напротив сына.
— Ты даже не представляешь. Пожалуй, тебе стоит самому побывать там. Такое стоит увидеть хотя бы раз.
— Спасибо, но у меня и здесь есть чем заняться, — ухмыльнулся его отец и сделал глоток. — Лучше расскажи мне о том, как прошла ваша встреча.
Прозвучавшая просьба моментально исказила лицо его сына, превратив расслабленное выражение в напряжённую маску.
Что же, пришло время отчитаться, мельком подумал он, сделав ещё один короткий глоток и наслаждаясь вкусом явно недешёвого напитка.
Два месяца назад, в середине марта, в систему прибыло курьерское судно с опознавательными кодами Рейнского Протектората. Вместе с тем, оно имело дипломатический идентификатор. А значит, сколь бы большое презрение и недоверие не питала семья Вилм к Рейну, оно являлось неприкосновенным.
После случившегося на Абрегадо Хьюго Вилм имел огромное количество поводов для того, чтобы не только не доверять всему, от чего хотя бы отдалённо несло Протекторатом, но и не собирался поддерживать какие-либо дипломатические контакты с ним. Одной попытки переворота могло бы быть достаточно для этого, пусть у Хьюго и его людей и не было прямых доказательств того, что Рейн был замешан в этом.
Но, что ещё хуже, они попытались использовать против него его собственного сына. Франциско, бедный и запутавшийся мальчик, совершил множество ошибок. Страшных ошибок. Они не должны были произойти. И сердце Хьюго разрывалось, каждый раз, когда он думал об этом. Из-за их происков, его младший сын теперь находился в тюрьме и вряд ли выйдет оттуда в ближайшее время. И не в ближайшее тоже.
Но, всё изменилось в тот самый момент, когда с курьера пришло сообщение, адресованное лично ему.
Ещё более удивительным являлось содержание послания, записанное лично от имени канцлера Рейнского Протектората Карла Адлера. Канцлер приглашал его или же его доверенного представителя на личную встречу. Какую бы ненависть и отвращение к Рейну не испытывал Хьюго, он всё же оставался слишком опытным политиком, чтобы просто так проигнорировать подобное приглашение.
В этом мире есть вещи, от которых нельзя просто так отмахнуться. У политики нет принципов.
Правда, с укором вспомнил Хьюго, он не мог не отметить, насколько грамотно всё было сделано. Остававшегося до встречи времени едва хватило на то, чтобы подготовить корабль из личного небольшого флота Вилма. Хавьер вылетел на Новую Саксонию уже через два дня после того, как рейнский курьер доставил сообщение и покинул систему Фолкерк. Не факт, что всё задумывалось именно таким образом, но спешка так же повлияла на принятое в итоге решение.
Теперь же, когда сын наконец вновь вернулся, предстояло самое главное. Узнать, в чём была причина этого странного и неожиданного приглашения.
— Это будет сложный и непростой разговор, отец, — осторожно заметил Хавьер, отставляя в сторону бокал.
Десять минут спустя Хьюго всё же не выдержал и встал с кресла, чтобы налить себе ещё одну порцию виски. На фоне услышанных новостей собственное правило не пить более двух порций за вечер оказалось забыто и отброшено в сторону. Наливая виски в бокал Вилм с удивлением заметил, как у него подрагивают руки.
