Когда Александр уехал, София искренне улыбнулась и обняла Михея и Йона.
– Ну, дочка, ты под стать своему мужу.
– Эффектно получилось, гаджо, но Анхель бы не одобрил.
– Его больше нет. Есть я. Есть вы. Вместе что-нибудь придумаем. А теперь введите меня в курс дела, как работает это заведение.
– С радостью, – Михей улыбнулся. – Пойдем.
Йон был рад, Надо решать возникшие проблемы, и София начала это делать активно и бесстрашно. И за это он переживал не меньше.
– Но прежде чем мы туда войдем, – София остановилась у входа и обернулась к мужчинам, – я бы хотела попросить у вас прощения… – Она взглянула на Йона. – Прости, что свалила на тебя все заведения. Спасибо, что вы оба держите оборону до самого конца.
– Цыгане ушли из казино, гаджо, – напомнил Йон. – Поговорим об этом внутри.
Софии пришлось сидеть в кабине своего мужа и изучать бумаги, которые она не раз видела у него в руках. Бухгалтерские отчеты были написаны еще рукой Анхеля. Последняя запись была сделана в день его смерти…
София сглотнула. Сердце снова часто забилось, но она закрыла глаза и попыталась делать медленные и глубокие вдохи и выдохи. Так учил ее доктор Драшкович. И пусть это мало помогало, зато хоть как-то отвлекало. София закрыла глаза и вновь увидела лицо своего мужа… Угольно-черные волосы, смуглая кожа, рассеченная шрамом бровь… Сейчас бы коснулась ее губами… Вместо этого она пальцами сломала карандаш, который держала в руке. От хруста пришла в себя и вскочила с дивана:
– Сейф!
Она вылетела из кабинки, чуть не сбив с ног Йона.
– Ты смотрел сейф?
– Это не мой сейф. По закону он твой, открывай сама.
София нахмурилась в недоумении:
– Ты цыган или кто? Вы мошенники и воры! Можно же было посмотреть, что Анхель прятал в нем!
– Я верил, что ты придешь в себя и посмотришь сама.
– Тогда пошли! – Она кивнула в сторону лестницы, ведущей вниз, а потом обратилась к Михею: – И ты тоже. Я хочу, чтобы вы оба были свидетелями.
Они спустились вниз и оказались в прохладном помещении, пропитанном запахом сырости. Горел приглушенный свет, но нужды в нем не было – София и так помнила путь. А ведь она была здесь всего лишь раз, и то давно. Но этот день случился будто вчера! Сюда они спускались с Анхелем за бутылкой вина на помолвку Милоша и Ясмин.
Обычное помещение с низкими потолками вызвало много воспоминаний, но София уверенно прошла вперед, отворила скрипучую дверь и оказалась возле стеллажа, в котором хранились бутылки с вином. Она схватилась за полки и потянула на себя. Йон помог: самой отодвинуть тяжелую конструкцию у нее не хватило бы сил. Стеллаж поддался, отъехал в сторону. Открылся вид на стену. София прекрасно помнила, что дверь у сейфа выглядела как кирпичная кладка, а рядом – панель для введения кода. Рука замерла…
Она не знает код! Они с Анхелем никогда это не обсуждали! От домашнего сейфа код был известен, а здесь… София решила попробовать тот, который всегда набирала дома, но он не подошел.
– Ты знаешь код? – обернулась она к Йону.
– Дата основания этого заведения, – произнес он и уверенно набрал цифры, но система оповестила об очередной ошибке. – Как это понимать?
Все трое переглянулись, Михей пожал плечами:
– Я знаю лишь этот код… Может, Анхель его поменял?
– Зачем? – занервничала София. – Получается, он поменял и ничего не сказал? Но это как-то не совсем правильно – вы ведь не последние люди в «Обсидиане».
– Не знаю, – задумался Йон. – Может, он не хотел, чтобы мы знали, что там?
София пробовала разные комбинации цифр. Как девушке, его жене, на ум приходили лишь даты, связанные с Анхелем: дата первой встречи, их свадьбы, дни рождения сестер, самой Софии, Анхеля… Но каждый раз сигнал выдавал ошибку.
– Черт! – выругалась София, и набор продолжил Йон. Он просто набирал цифры, которые могли бы быть кодом. София не понимала логики, молча ждала. Все безрезультатно.
– Может, номер его машины? – Предложил Михей. Йон ввел, но тщетно – не то.
Они отчаялись, плечи у Софии поникли. Йон хотел было выломать дверь, хотя это было бесполезным занятием.
– Что там такого? Когда он мог его изменить? – Софии от разочарования хотелось ударить кулаком по панели. – Я так и знала, что Анхель и здесь сделал пакость!
– Он не мог! – начал защищать друга Йон, но София так оскалилась, что тот замолчал.
– Подождите, – встрял Михей, – есть еще одна дата, которую мы не проверили. И она известна всем нам – дата его смерти.
София улыбнулась, а потом засмеялась: безумнее идеи не придумаешь! Но Михей никого не стал слушать, ввел цифры, и дверь как по щелчку пальцев открылась.
Все замолчали, а потом переглянулись.
– Да ладно! – не поверил Йон. – День его смерти?
– Он изменил код в тот роковой день, – рассуждал Михей. – Зачем? Может, предчувствие?
– Глупо как-то, – буркнул Йон. – Если он предчувствовал свою смерть, то какого черта делать такую гадость и менять код на сейфе, когда код был одним и тем же долгое время? К тому же оставлять жену без денег.
