— Хорошо, — сквозь зубы шипит Эдуард. — Я подойду сам, — делает пару шагов в нашу сторону и Виктория отступает, вжимаясь в меня напряженной до предела спиной, — шакал все-таки встречается со мной взглядом и останавливается. Правильно, мудак, ты хорошо распознаешь посылы. Тебе не стоит к ней приближаться. Виктория глубоко вдыхает, словно не дышала все это время, оглядывается на меня, ищет защиты. Не бойся киска, тебе ничего не грозит.
— Оставь меня наедине с моей женой, — мужчина обращается ко мне, но глаза отводит. Совру, если скажу, что не знаю силу своего взгляда. Иногда мне это мешает, люди боятся смотреть мне в глаза, тем самым лишая меня возможности видеть их реакцию, читать все по глазам. Ухмыляюсь ему в ответ, и не думая сдвигаться с этого места.
— Мне кажется, ты потерял право называть эту женщину своей женой, — мой голос холоден, спокоен, но это все напускное — внутри меня бушует зверь, который жаждет шакальей крови.
— это не тебе решать! — выплевывает этот мудак в мою сторону. — Виктория! — громко произносит Эдуард, от чего Вика вздрагивает. Резкий выпад в нашу сторону, секунда, и мудак хватает ее за запястье, резко тянет на себя, намереваясь утащить с собой. Виктория немного вскрикивает, дергает руку, вырывается.
— Отпусти меня немедленно! Ты не имеешь право меня касаться. Ты мне никто! — вот так киска превращается в дикую кошку, хоть и делает это неуверенно. Но это лучше, чем ничего. — Иди и указывай, что делать и куда идти, своей шлюхе! — гневно кричит она, привлекая к себе внимание персонала. А вот это, киска, ты зря. Тем самым она показывает своему бывшему мужу, что он ей до сих пор не безразличен. И почему-то мне это понимание в данный момент не дает спокойно вдохнуть. Понятно же, что прожив столько лет в браке, имея общего ребенка, она не может просто так вычеркнуть шакала из своей души. Но мне глубоко неприятна эта мысль. Беру себя в руки. Пора вмешаться, пока киска до конца не показала свою слабость. Ну, ничего, у нас еще будет время найти в Виктории все то, что она потеряла с этим мудаком. Вдох, выдох. Мой выход. Как бы мне сдержаться и не убить его на месте. Вся его охрана на улице. Сканирую холл: мы одни за исключением пары человек из персонала. В данный момент меня разъедает едкое чувство ненависти, и мне нужно выплеснуть его наружу. Ну ничего, он ответит мне за все, что сделал с этой женщиной, и даже за то, чего я еще не знаю. Но позже, не сейчас. Просто избить этого мудака до полусмерти — слишком мало. Сейчас мы просто поставим шакала на место.
— Отпусти ее, — хватаю Викторию за плечи, жду, кода Эдуард отпустит ее руку. Да, я умею убеждать голосом — он ее отпускает. Отодвигаю растерянную Вику в сторону, пару уверенных шагов, и вот мы уже дышим с мудаком одним воздухом. Один рывок, хватаю его за грудки и впечатываю в ближайшую стену. В кровь выбрасывается адреналин, мне даже нравится происходящее. грессию не нужно держать в себе, ее нужно выплескивать в правильном направлении. Смотрю на подонка ровно так, как он минуту назад смотрел на Викторию.
— Пожалуйста, не надо, — просит Вика срывающимся голосом, подбегая к нам. Мудак дергается, цепляясь за мои руки, пытаясь вырваться из моего захвата, но сил не хватает. В недоумении смотрит на меня, будто не ожидал такой реакции. Бегает глазами по просторному холлу, наверно жалея, что оставил охрану на улице.
— Андрей! — Виктория просит остановиться, но она ещё не знает, что я плохо подчиняюсь просьбам, приказам, мольбам. В этой ситуации я безжалостен, и поступлю так, как считаю нужным. Поэтому я не обращаю на нее внимания, а сосредоточен на шакале.
— Слушай меня внимательно, второй раз я повторять не буду, — голос срывается на раздражительный тон, кулаки сводит от желания проехаться по холеной морде мудака. — Ты потерял право разговаривать, требовать и указывать Виктории что-либо делать, и тем-более трогать ее своими грязными руками! — хочется сказать ему, что следующий разговор с ней, его ждет только в суде и через адвоката, но я сдерживаюсь. Завтра его ждет сюрприз. — Еще один выпад в ее сторону и ты об этом пожалеешь, я тебе обещаю. Ты меня понял?!
— Зачем она тебе? — немного насмешливо спрашивает он, расслабляясь в моих руках, делая вид, что ему все равно и он выше этого. Прищуривает глаза, ждет ответа, ища подвох. — Только не говори, что ты просто ее трахаешь, — смеется. — Ни за что в это не поверю. Каков твой интерес? — судит людей по себе. Но он где-то прав. С Викой я не просто так. Но у нас с ней одна общая цель, своих намерений и интересов я не скрываю, в отличие от него.
