Через неплотно закрытые шторы в комнату начал проникать серебристый свет. Незаметно подобралось холодное осеннее утро, а она так и не сомкнула глаз.
Маша еще раз набрала Марка, и снова абонент оказался недоступен. Она в сердцах бросила телефон на его подушку, но тут сбоку мелькнула чья-то тень. Маша подняла голову и онемела. Убийца стоял буквально в паре метров от кровати.
Девушка вскочила и бросилась к саблям, висящим на стене. Едва схватила за рукоять одну из них, как неведомая сила потянула Машу назад, но рукоять она держала слишком крепко, и сабля осталась у нее в руке.
Маша развернулась в полете и ударила наотмашь. Полет тут же прекратился, и она упала на пол. Убийца стоял и смотрел, как через прорезь в балахоне сочится кровь.
Маша успела отметить, что серебряный шар под сердцем маньяка в десять раз больше, чем у домработницы, но, пока сволочь не опомнилась, бросилась в коридор. Бежала в другое крыло, где обитали хозяева дома, но стоило выскочить в холл второго этажа, как маньяк появился перед ней.
Она не знала, услышит ли кто ее крики, так что кинула в негодяя саблю и толкнула ногой очередную тумбу с очередной китайской вазой.
Грохот стоял такой, что наверняка проснулись не только домочадцы, но и все соседи. Маньяка, однако, это не напугало. Он сощурил кроваво-красные глаза и пошел на нее, но в следующий миг сила акудзин сдернула его со второго этажа, и, перелетев через балюстраду, он рухнул на ступени главной лестницы.
Маша перегнулась через перила. Ожидала увидеть кого угодно, но только не Марка с друзьями.
Глаза всех троих были алыми, а Кирилл уже целился из ружья. Но едва выстрелил – маньяк испарился. Однако теперь он не покинул дом, как было днем, а появился за спинами мужчин.
Отбросил Кирилла. Тот ударился о стену, и ружье отскочило в гостиную, а сам Кирилл кулем свалился на пол.
Ворону тоже досталось. Того маньяк подбросил до самого потолка, и он, упав с высоты шести метров, больше не поднялся.
Марк среагировал, но поздно. Ему удалось бросить в маньяка комод, но убийца поднялся над полом и отправил в Марка картину, сорванную со стены. Марк остановил ее и отбросил в сторону, но убийца схватил его и поднял в воздух.
Взвизгнула Лиза, появившаяся рядом с Машей. Она бросилась к Ивану, который лежал на полу в неестественной позе. Краем глаза Маша заметила, что Кирилл ринулся в гостиную на поиски оружия.
А маньяк начал пить Марка. Маша не видела его лица, но нутром чувствовала всю боль и страх существа, ставшего таким родным и любимым.
Благодаря отвару из кофуку она видела, как к маньяку тянется ручеек сущности Марка. Серебристая нить еще не достигла цели, но была близка, когда из арки появился Кирилл и выстрелил.
Ручеек замер на месте, но и Марк остался висеть в воздухе. Дротик тоже замер, а потом со скоростью ветра полетел в обратную сторону. Кирилл увернуться не успел. Дротик попал в плечо, и Ищейка рухнул на пол.
Все происходило так быстро, что Маша не понимала, сможет ли справиться с тем, что задумала. К счастью, сегодня ей тоже крупно повезло. Неизвестно, почему на шум не явился хозяин дома, зато на лестнице возникла хозяйка.
Софья Эдуардовна, словно разъяренная фурия, начала бросать в убийцу все предметы, что попадались под руку. Маньяк не то чтобы не мог противостоять такому напору – скорее, не ожидал его и отпустил Марка.
Если бы ситуация не была страшной, она могла бы показаться смешной. Двое против одного, используя чертову древнюю магию, кидали друг в друга самые неожиданные предметы.
Марку даже удалось на пару мгновений сковать негодяя, но тот был настолько силен, что одолел сущность противника.
Теперь Маша видела, что магия акудзин – не просто мысленный приказ. Это работа сущностей. Сущности выкидывали свои серебряные щупальца, поднимая ими и существ, и предметы. Это сущность создавала кокон, который переносил акудзин в пространстве, это она вытягивала эмоции, а иногда и жизненную силу людей.
Пока мать и сын сражались с сильным и опасным противником, Маша не теряла зря времени. Она мысленно потребовала, чтобы сущность маньяка направилась к ней, еще когда Марк висел в воздухе, а Кирилл получил дозу снотворного.
Маша чувствовала, что нутро наполняется чем-то тошнотворным, неприятным, липким, но останавливаться не собиралась. Понимала, что, если ей не удастся отобрать у убийцы хотя бы часть силы, никто не выживет.
Но ручеек перетекал к ней очень медленно. Так что маньяк успел снова выкинуть Софью Эдуардовну на улицу, разбив стекло во второй дверной створке. А у Марка из ноги торчал осколок зеркала, которое маньяк разломил на куски и направил в противника.
Марк держался, и Маше казалось, что силы его и маньяка уравнялись, но тварь сорвала с потолка вторую из трех хрустальных люстр, и та полетела на Марка.
Тот не успел отскочить, и тяжелый обод задел ногу. Марк упал, и тогда маньяк при помощи своей сущности пригвоздил его к полу. Даже пошевелиться было невозможно.
Убийца медленно двинулся к Марку, ступая по битому стеклу и небрежно откидывая мысками кроссовок щепки и мусор.
