Мысли отвлекали от холода и вот, наконец, за поворотом была та самая улица, где мы с Розмари условились встретится. Но ее там не оказалось. Я заподозрила худшее…
Прошло еще около десяти минут. Руки окоченели, я выглядела в глазах прохожих подозрительно. Это могло сорвать весь план.
– Эмбер, эй! Я тут! – Ее голос как музыка. Я выдохнула, когда увидела неуклюже приближающуюся ко мне рыжеволосую сестру.
– Где ты была? Все в порядке?
– Да, – запыхавшись, девушка поправила шарф, – Я зашла в булочную. Если Деметра проверит и узнает, что меня там не было, голову оторвет.
– А ты не в первой это делаешь, да? – рассмеялась я. Та закивала и толкнула меня вперед.
– Нам пару кварталов пройти до библиотеки. Ты только придумай, зачем нам туда. Альма Прут не впустит в читальню без веской причины.
– Спрошу что-нибудь по части вышивки, – пожала плечами я.
– Нет, этого добра там навалом. Нужно что-то редкое, что не выдадут на руки.
– Вроде женского здоровья?
От этого Розмари покраснела.
– Тихо ты. Вдруг кто услышит.
Но что такого? Если говорить о здоровье женщин великая тайна и бестактность, то что говорить о подготовке к семейной жизни? Человечество шагнуло так далеко вперед, чтобы совершить серьезный откат назад?
Затем я вспомнила слова Эбена об экологической катастрофе и поумерила пыл. Возможно новое время располагает к закрытости. Здесь все равны, это очевидно. Помимо пластикового мусора, они спрятали под замок вопросы здоровья и отношений. Теперь это личное, закрытое от всех. Некая тайна, скрытая от всех.
Но, смотря на Розмари, я вижу, что правила Андариона работают наполовину. Ты все равно сорвешься и сделаешь наперекор. Пусть это будет что-то мелкое, но будет! Потому что ни один запрет не сможет ограничить желание человека познавать плохое и хорошее в окружающем мире. Особенно то, что запретно. Жизнь по строгим правилам в абсолютном счастье каждого жителя – утопия.
– Я придумаю что-нибудь, – после паузы, успокаиваю девушку.
Розмари фыркнула в ответ. Похоже она в меня не верила.
Мы прошли первый квартал. Людей здесь намного больше. Одни спешили куда-то, другие разглядывали прохожих. У самой библиотеки разговаривали две женщины Митаи. Подруга побледнела, когда их увидела. Розмари словила мой взгляд, и я решительно направилась вперед, игнорируя сомнения. Рыжеволосая подтянулась следом.
Здание возвышалось в два этажа с огромным куполом еще в пару этажей по центру. Засыпанное снегом, оно восхищало своим величием. Огромные окна, как во всех домах нового мира, приветливо встречали отражением бледно-голубого неба.
У самой двери ручка резко повернулась перед носом и на меня вышел высокий мужчина лет пятидесяти с длинной бородой и в шляпе. Он кому-то что-то говорил и так торопился, что, когда обернулся, чуть не снес нас с Розмари.
– Извините, дамы.
– Ничего, – ответила я.
Розмари сдержанно улыбнулась, после чего затолкала меня внутрь, чтобы мы не примелькались. Она всячески скрывалась от любого внимания.
Мы оказались в центре огромного холла. Прямо напротив двери в дальней части комнаты нас встречала женщина в лисьих очках – Альма Прут.
Стройная, в белом холщовом платье, она выглядела словно ангел. На вид библиотекарю около пятидесяти. Волосы убраны назад тонкой шпилькой с черной ласточкой в виде украшения.
– Чем я могу вам быть полезной, сестры?
– Добрый день! – перебила я Розмари, едва успевшую открыть рот, – Нам очень нужны книги.
– Какие книги? Для обучения или хобби?
В голове крутилось столько вариантов, но мой взгляд никак не отпускала ласточка. Она была так красива, что единственное и, возможно, глупое решение я озвучила не сомневаясь.
– Орнитология. Мы хотим понимать окружающий мир немного больше. У вас есть книги по орнитологии?
– Орнитология? – Повторила вслух женщина, сняв очки и мысленно пробежавшись по стеллажам с книгами, – Боюсь все, что есть, только для читального сектора.
– Почитаем тут? – как ни в чем не бывало обратилась я к Розмари. Та быстро подыграла.
– У нас есть время. Давай.
План сработал. Женщина попросила нас раздеться и оставить одежду в гардеробе. Затем нам обеим выдали специальные фартуки и нарукавники. Мы переобулись в жесткие коричневые туфли, а после поднялись на второй этаж, вслед за Альмой Прут.
Я открыла рот от изумления, когда увидела широкий свод потолка. Изнутри купол казался невероятно огромным и весь потолок сделан из стеклянных блоков, снаружи припорошенных снегом.
Огромные стеллажи с книгами выстроились длинными шеренгами и этажами вверх, изгибаясь поперек в настоящие лабиринты. На каждом из них были символы, но также встречались и буквы.
– Вы были у нас ранее?
– Да, – ответила Розмари, опережая меня.
– А в читальном секторе?
– Нет, здесь мы впервые.
– Тогда я должна посвятить вас в основные правила, – женщина остановилась около стеллажа с буквами «О» и «П», – Здесь не разрешается шуметь, портить книги, делать в них записи и, тем более, пытаться вынести за пределы библиотеки. Если будет установлен факт нарушения, доступ к книгам закроют надолго. Вам это понятно?
– Разумеется, – ответила я, – Мы будем следовать правилам.
