Илон Маск полностью

Их беспокойная жизнь в конце концов пошла под откос. “Дерьма было не разгрести”, – вспоминает Джастин. Она чувствовала, что превращается, причем против воли, в “трофейную жену”, но, как сама отмечает, “ни черта не подходила для этой роли”. Маск настаивал, чтобы она осветлила волосы. “Стань платиновой блондинкой”, – сказал он. Но она противилась и начала отдаляться от него. “Я познакомилась с ним, когда у него почти ничего не было, – говорит она. – Богатство и слава изменили динамику”.

Как бывало и на работе, в отношениях с ней Маск порой мгновенно сменял гнев на милость. В одну минуту он выкрикивал оскорбления, но в следующую его лицо уже расплывалось в довольной улыбке, и он начинал нелепо шутить. “Он упрям и властен, как медведь, – сказала Джастин в интервью Тому Джуноду из журнала Esquire. – Он может играть, шутить и резвиться, но важно не забывать, что медведь остается медведем”.

Решая рабочую проблему, Маск уходил в себя, как в школе, и не замечал ничего вокруг. Позже, когда я рассказал Джастин обо всех бедствиях SpaceX и Tesla, с которыми он столкнулся в 2008 году, она заплакала. “Он вообще ни о чем из этого мне не рассказывал, – говорит она. – Думаю, он считал, что от меня не будет толку. Он вступил в противоборство с целым миром. Ему просто нужно было меня в это посвятить”.

Но больше всего ее тяготило его неумение сопереживать. “Во многих отношениях он прекрасный человек, – говорит она, – но меня всегда настораживает его неумение сочувствовать людям”. Однажды они сидели в машине, и она пыталась объяснить ему, что такое истинное сопереживание. Он считал, что сопереживание – рассудочная вещь, и пояснил, что синдром Аспергера подтолкнул его лучше изучить психологию. “Нет, оно не имеет ничего общего ни с мышлением, ни с аналитикой, ни с тем, насколько хорошо ты разбираешься в людях, – сказала Джастин. – Это чувство. Ты чувствуешь другого человека”. Он признал, что в отношениях это важно, но предположил, что устройство его мозга дает ему преимущество для руководства высокопроизводительной компанией. “Сильная воля и эмоциональная отстраненность делают из него неуживчивого мужа, – заключает Джастин, – но они же, возможно, обеспечивают ему успех в бизнесе”.

Джастин

Илон разозлился, когда Джастин предложила ему обратиться к психотерапевту. Она начала посещать врача после смерти Невады, и психотерапия пробудила в ней глубокий интерес. По словам Джастин, именно работа с психотерапевтом помогла ей понять, что тяжелое детство и устройство мозга Илона научили его отключать эмоции. Близость ему не давалась. “Когда у тебя непростое прошлое или когда у тебя такой склад ума, – говорит Джастин, – место близости занимает пылкость”.

Это не совсем верно. Маск способен на сильные чувства – особенно в отношениях с детьми – и порой нуждается в эмоциональной поддержке. Он жаждет, чтобы рядом с ним был хоть кто‐то, пусть даже его бывшие девушки. Но каждодневную близость он действительно заменяет пылкостью.

Неудовлетворенность в браке усугубила депрессию Джастин и обозлила ее. “У нее раньше бывали хорошие и плохие дни, но теперь она постоянно была недовольна”, – говорит Илон. Он винил в этом аддералл, усилитель когнитивных функций, прописанный ее психиатром, и выбрасывал все таблетки, которые находил дома. Джастин признает, что была подавлена и зависима от аддералла. “У меня диагностировали синдром дефицита внимания, и аддералл здорово мне помогал, – говорит она. – Но злилась я не поэтому. Я злилась, потому что Илон от меня закрылся”.

Весной 2008 года, пока взрывались ракеты и царила неразбериха в Tesla, Джастин попала в автомобильную аварию. После этого, забравшись на кровать и подтянув колени к груди, она заплакала и сказала Илону, что дальше их отношения так продолжаться не могут. “Я не хотела быть второстепенным персонажем в многомиллионном спектакле, которым стала жизнь моего мужа, – говорит она. – Я хотела любить и быть любимой, как раньше, пока он еще не заработал свои миллионы”.

Илон согласился попробовать семейную психотерапию, но через месяц – и три сеанса – их брак распался. По словам Джастин, Илон поставил ей ультиматум: либо она принимает брак таким, какой он есть, либо он подает на развод. Маск утверждает, что Джастин неоднократно заявляла, что хочет развестись, и он в конце концов сказал: “Я хочу сохранить наш брак, но только если ты пообещаешь, что не будешь постоянно на меня злиться”. Когда Джастин сказала, что не готова мириться со сложившейся ситуацией, Илон подал на развод. “Я была словно в ступоре, – вспоминает она, – но, как ни странно, вздохнула с облегчением”.