- Никаких извинений, капитан, - покачал головой Джей, - Для нас честь видеть вас, капитан Йорамилл. Вы удивительная женщина.
- Правда, что ли? - улыбнулась она, и на обезображенном одноглазом черепе на миг вдруг проступили намек на былые красоту и кокетство. Но только на миг.
- В таком случае вы еще успеете насладиться созерцанием мого ангельского лика. В кают-компании уже накрывают на стол, и ваши места справа от меня. Старпом, вы распорядились?
- Да, капитан, - кивнул Крундилл. В этой короткой фразе Джин уловила такую любовь и уважение, что поняла без помощи своих файлов, что капитан Йорамилл - живая легенда и служить под ее началом великое счастье для этого офицера - аэронавта.
Звякнул колокол, тут же в рубке появились четыре матроса, которые крайне осторожно подняли легкое кресло из трубок, разворачивая его к двери.
- Обычно я трапезничаю в рубке, - сказала капитан своим хрипловатым контральто джазовой певички, - однако для вас делаю исключение. Иначе вам придется пересказывать свою истроию каждому офицеру на корабле, а их здесь включая меня пятеро. Немного утомительно пять раз рассказывать одно и то же, правда? Поехали, ребята.
Матросы бережно понесли кресло с калекой в кают - компанию, Джей, Джин и Крундилл последовали за ней. Установив кресло во главе стола, матросы исчезли, Крундилл кивнул капитану:
- С вашего позволения, я пригляжу на мостике.
- Конечно, Фейро, - кивнула она, - Можете перекусить там, и будет полная иллюзия того, что я никуда не уходила. Я вам все перескажу. Память у меня по-прежнему абсолютная.
Усмехнулась:
- Присаживайтесь, капитан все равно уже сидит.
В кают - компанию вошел сухощавый мужчина в черном кителе, пожал руку гостям и представился:
- Навигатор Тамаи Велилоа. Рад видеть вас на борту в целости, коллега Джин.
Когда он улыбался, его загорелое обветренное лицо собиралось в множество мелких морщинок у углов глаз. Следом появился черноволосый с проседью тоже немолодой человек в гражданском длиннополом черном сюртуке, он внимательно осмотрел гостей, пожал им руки:
-Осгари Эбосар Витенстори, я здесь судовой врач.
С надеждой спросил:
- Вы совсем не пострадали при катастрофе? Может быть, я впоследствии вас осмотрю?
Джей и Джин одновременно улыбнулись и покачали головой, вызвав смешок окружающих.
- Если бы не я, бедняга доктор давно бы от тоски сбежал в одном из портов, - сообщила капитан Йорамилл, - Мои хвори - его единственная услада на "Радуманге".
- Как всегда, начинают без меня, - сообщил коренастый, весь какой-то узловатый, в придачу еще и лысый человечек очень небольшого роста в черном кителе, возникая в дверях кают-компании, - А, вот вы какие! С прибытием на борт. Я здесь старший механик и канонир нашего летающего монстра.
Он с шумом и пыхтением пожал гостям руки и занял свое место. Тут же в дверях возник матрос-стюард с белоснежным полотенцем через руку и начал накладывать в разогретые тарелки порции жареной рыбы.
Пользуясь некоторой паузой в разговорах, Джин вызвала на виртуальный экран справку, составленную Джеем. Посмотрела ее объем, чуть заметно качнула головой и "залила" весь объем информации в мозг. Секунду мышцы ее лица подернулись несколькими быстрыми сокращениями, и она посмотрела на присутствующих уже совсем другими глазами. Она их уже знала. Теперь она знала многое об этом мире. В том числе о дирижаблях, надводных кораблях и даже о первых, опытных подводных судах. Да, они уже пытались строить субмарины!
Джин взглянула на капитана Йорамилл, вспомнила подробности катастрофы восемь лет назад, когда загорелся на взлете при сильном ветре над городом Амахэ дирижабль "Халмаэну", и как эта прекрасная до того дня женщина не уходила с мостика, горя заживо, уводя летающий костер прочь от города, пока последний оставшийся на борту живой матрос не заклинил руль на безопасном курсе и не вытащил ее, сам при этом сильно обгорев, к спасательному устройству. Вспомнила, как она выжила, хотя никто не сомневался, что она умрет - слишком сильны были ожоги. Вспомнила, как она два года жила в крохотной квартирке на нищенскую пенсию, брошенная всеми, кроме одного-единственного инвалида-матроса, снова училась сначала сидеть, потом стоять и ковылять. Как она, несмотря на непредставимую боль, пешком от конного экипажа, шеголяя флотской выправкой, вошла в Адмиралтейство, самостоятельно твердым шагом поднялась на пятый этаж по лестнице и стояла целый час перед дверью в приемную, и в конце концов убедила Совет Адмиралов дать ей корабль, потеряв сознание от боли на лестнице уже по пути обратно. И как она перелетела на новом воздушном корабле на другой континент, а оттуда вернулась назад, совершив первый в ее мире кругосветный перелет. Она была Маресьевым, Линдбергом и Чкаловым этого мира в одном своем обожженом до кости одноглазом лице.
Джин смотрела на капитана Йорамилл и вдруг поняла, что по ее лицу бегут слезы.
- Что с тобой, девочка? - мягко спросила Юджапи.
- Я вспомнила о той аварии с "Халмаэну", - сказала Джин, - Простите. Я бы не смогла так, как вы тогда.
