Когда Джо думал о загородной жизни, он представлял себе большой новый дом, желательно с бассейном и на берегу океана. Он полагал, что его дом будет оборудован по последнему слову техники, а иначе к чему все эти хлопоты? Джо и подумать не мог, что его загородный дом будет представлять собой крохотный обшарпанный коттедж, весь в трещинах и щелях.
Разумеется, он не оставляет мечты построить настоящий дом на другой стороне пруда, хотя у него совершенно нет времени на поиски архитекторов и строителей, а Элис не проявляет ни малейшего интереса к будущему проекту. Но, когда коллеги расспрашивают о загородной жизни, Джо рассказывает им, какой красивый у него участок и пруд (что правда), какую выгодную сделку он провернул, купив этот дом (похоже на правду, хотя сделка на самом деле оказалась не такой уж выгодной, как пытался убедить его Джордж), как они начинают строить Чамберс-холл (Элис не имеет к этому никакого отношения).
На самом деле Джо не знает, чем себя занять здесь. Он не видит смысла в прогулках, никогда не понимал их пользы, и каждый раз, когда Элис приглашает его пройтись, отказывается.
Как и многие служащие с Уолл-стрит, Джо совершенно не умеет отдыхать. Он расслабляется только сидя в своем офисе перед маленьким телевизором с «Уолл-стрит джорнал» в руках.
Джо не любит готовить (хотя любит поесть), не увлекается садоводством, и у него нет хобби. Он не любит животных — хотя в первый раз, когда он увидел на дороге восемнадцать диких уток, зрелище показалось ему забавным, — и еще он слишком ленив и не любознателен, чтобы исследовать окрестности.
Джо нет равных в искусстве общения, шопинга и соблазна. Общаться здесь, за городом, особо не с кем, разве что с Джиной и Джорджем, но они выезжают из города не каждый уик-энд. С шопингом дела обстоят лучше, если только Джо не ленится выезжать в Гринвич, а уж соблазны — для него запретная тема.
Но тяга к запретному становится все сильнее. Особенно сейчас, когда Элис, похоже, уже в нем не нуждается, как бывало раньше. Джо всегда был лидером в их союзе, привык доминировать, чувствовать себя главой семьи, но, как только они пересекают границу Коннектикута, Элис становится все увереннее в себе, а влияние Джо заметно ослабевает.
Он прекрасно сознает, что в Хайфилде не он контролирует ситуацию, а мужчина, в понимании Джо, должен властвовать. Если же он не чувствует себя мужчиной рядом с Элис, искушение в виде длинноногой красотки, которая смеется над его шутками и находит его безумно красивым, непременно подстережет его за ближайшим углом…
— Ты не хочешь переодеться?
— Нет. А зачем? — Элис кладет в подарочный пакет домашнее лимонное печенье, которое она собирается нести на барбекю к Салли и Крису.
— Ну, во-первых, у тебя все коленки в пятнах от травы… — Он уж не говорит о том, что идти в гости в сером свитере и джинсах просто неприлично.
— О Боже, — стонет Элис. — Спасибо. Я быстро. — Она взбегает вверх по лестнице и через пару минут появляется в чистых, но таких же линялых джинсах, в том же свитере и старых мокасинах.
— А макияж? — с надеждой в голосе подсказывает Джо, и Элис, смеясь, опять убегает наверх. Через пять минут она выходит причесанная, губы сияют розовым блеском, а вместо свитера на ней белая накрахмаленная рубашка.
— Так лучше? — смеется она.
— Гораздо, — с благодарностью в голосе произносит Джо, хотя он все-таки предпочел бы, чтобы она надела прямые шерстяные брюки от Майкла Корса с сапогами на высоких каблуках от Джимми Чу.
— Вау! — смеется Элис и жмется в сторонку, пропуская процессию кричащих трех, четырехлетних детишек, которые несутся прямо на них, а Джо стонет:
— О Боже. Дети.
— Конечно, дети. А что ты ждешь от пятичасового воскресного барбекю?
— Эти люди, что, не слышали про нянь?
Элис от изумления раскрывает рот.
— Господи, какой же ты старомодный. Кем ты себя возомнил, маленький лорд Фаунтлерой?
— Но почему эти люди
— Тише, — шикает на него Элис, прежде чем они сворачивают за угол дома, где, судя по гулу голосов, барбекю уже в разгаре. — Во-первых, это не вечер, а во-вторых, это так чудесно, когда дети с тобой. Если бы у нас были дети, я бы всегда брала их с собой. Ты, наверное, полагаешь, что дети — это то, на что можно только смотреть, но не слышать.
— Если честно, я… о!
Как раз в этот момент на Джо натыкается девятилетний мальчишка, который пробегает мимо, стараясь догнать остальных.
— Ха-ха! — смеется Элис. — Вот тебе урок. А теперь пусти в ход свое обаяние, и пойдем познакомимся с соседями.
— Вы, должно быть, Джо и Элис! Привет, я — Том О’Лири, а это моя жена Мэри Бет. Наш дом за углом, на Уиндинг-лейн.
— Здравствуйте, я — Крис, муж Салли, а с нашей дочерью Мэдисон вы уже, кажется, знакомы.
— Элис! Джо! Как чудесно видеть вас снова. Тим, это Элис и Джо, которые купили старый дом Дэнбери. Помнишь, я тебе говорила? — Сэнди горделиво оглядывает мужа. — Расскажите мне про ваш дом, я слышала, вы уже так много там сделали.
