Он наблюдал за Дэйвой, которой это путешествие давалось тяжело. Она явно не была привычна ни к седлу, ни к долгому пути. Судя по той помощи, о которой она просила сопровождавшего их мага Мартина, Дэйва что-то натерла себе. Она мокла и мерзла, как и все они, но старалась не показывать слабость и усталость.
Солнце едва перевалило за полдень, когда они достигли первых предгорий.
Лошади осторожно ступали след в след. Обычно спокойный жеребец Млада настороженно прял ушами и время от времени тянул в сторону.
За холмом начинался спуск к очередной реке.
Лошадь Мартина поскользнулась и едва не сбила с ног коня Дэйвы. Мартин упал в сугроб, а его жеребец пролетел вперед и остановился недовольно пофыркивая.
Млад поскакал за конём, чувствуя, что может помочь.
— Не лучшее время для путешествий — пробурчал Мартин, догоняя своего испуганного коня. — Все в порядке, — кивнул он Младу, — ничего не сломано.
Млад вытащил из сумки кусок яблока, и конь с удовольствием слизнул его с ладони. Млад добавил выученные на конюшне слова заклинания. Конь Мартина почти сразу перестал дрожать.
Дэйва проехала мимо них. Млад же обернулся и заметил нечто обеспокоившее его. Он закрыл глаза и открыл, снова убеждаясь, что прав.
— Что не так? — спросил Мартин, заметивший его напряжение.
— У нас было девять лошадей, когда мы выехали из Ямалпа, а сейчас их десять.
— Я менял подкову, в той деревне, как ее… — обернулся один из сопровождавших их воинов, имя, которого Млад никак не мог запомнить. Его конь всхрапнул.
— Подкову, но не лошадь же? — спросил Млад.
Тот пожал плечами.
— И поклажи у нас не так много, — Млад потер подбородок, снова подсчитывая лошадей. — Уверен, вот той кобылы с нами не было еще вчера.
Он указал на белоснежную лошадь с голубыми глазами. На ней два баула были закреплены весьма небрежно. Млад подошел ближе, желая проверить, что в них. Но кобыла резко дернулась в сторону и громко заржала.
Воины, ускакавшие вперед в поисках брода, обернулись, их лошади были спокойны. А вот кони, оставшиеся на пригорке, взбесились. Поклажа летела наземь, кобыла воина, с которым разговаривал Млад, прыгала, пытаясь сбросить его. Кони Мартина и Млада вырвали поводья и помчались к белоснежной кобыле с синими глазами. Баулы, что были на ее спине, растаяли. Иллюзия. Только тогда Млад понял:
— Кельпи.
Точно такая же, как во сне, синеглазая белая кобыла с прекрасной длинной гривой. Чем больше Млад смотрел на нее, тем сильнее она сверкала на солнце, напоминая ледяную корку на снегу.
Конь Дэйвы взбрыкнул, встал на дыбы, но она удержалась в седле. Тогда, не обращая внимания на всадницу, конь последовал за кельпи, которая уже преодолела половину пути к реке.
Мартин упал на колени. Снег и земля вспучивались вокруг него и волнами неслись к взбесившимся лошадям. Те спотыкались, падали, испуганно ржали, пытались подняться и падали снова.
Ржание кельпи напоминало звонкий смех, далеко разлетающийся по лесу и холмам. Заклинание Мартина успешно повалило и удерживало на месте настоящих лошадей, а кельпи взлетала и опускалась, будто и не касалась земли.
Млад по наитию направил просьбу и топнул, освобождая своего коня из плена. Сунул ему несколько кусочков яблок в зубы, и тот позволил Младу вскочить в седло.
Жеребец Дэйвы перешел на галоп, пытаясь нагнать кельпи. Та казалась полупрозрачной, сотканной из воды.
Кельпи выскочила на лёд.
Сердце Млада рвалось из груди. Ещё не было настоящих морозов, чтобы вода в реке хорошо промерзла.
Кельпи стукнула копытом и в стороны разбежались трещины. Жеребец Дэйвы взлетел, преодолевая последние метры до реки. Его копыта коснулись льда. Лед с треском ушел под воду.
Дэйва испуганно вскрикнула и вместе с барахтающимся конем почти мгновенно ушла под воду. Сверху их накрыл сломанный лед.
Кельпи снова ржала, притягивая взгляд голубыми переливами на своих боках. Несмотря на полупрозрачность, она выделялась на фоне голубого неба.
Млад с трудом отвел взгляд от кельпи. Он легко мог представить, как вода давит на уши Дэйве, а одежда тянет вниз.
Он судорожно перебирал в голове известные ему заклинания. Млад был готов бросится в холодную воду. Он спрыгнул с коня.
Над головой хлопнули тяжелые крылья. Неожиданная подмога!
Млад отправил стихийному существу призыв о помощи, не замечая, как с губ сорвался правильный свист.
Синяя горгулья с поврежденным крылом издала протяжный клич и ухнула под воду, ломая лед. Млада осыпало сотней мелких ледяных осколков.
Он не успел сделать и вдоха, как горгулья появилась снова, держа в лапах тонкое девичье тело. И судя по крику, Дэйва не успела наглотаться воды.
Горгулье явно было тяжело, и она просто бросила свою ношу едва оказавшись над землей.
Подоспевший Мартин поймал Дэйву на воздушную подушку.
— Спасибо, пташка, — прошептал Млад горгулье, которая попыталась сесть на его плечо, но соскользнула и распласталась по земле, тяжело дыша. Млад был абсолютно уверен, что стихийному существу не требовалось дыхание. Но эта имитация вызвала невольную улыбку и сочувствие.
— Я не знал, что она увязалась за нами, — сказал Млад воинам, окружившим их.