— Я буду здесь еще долго, и однажды ты вернешься. У тебя будут десятки, сотни… нет! тысячи историй и ты не устанешь их рассказывать. Но не сейчас. Тебе нужно уходить.
Еще удар в грудь, сильнее предыдущего, заставляющий огонь внутри полыхать яростнее. Уйти и оставить его здесь? После того, что она прошла?
— Идем со мной, — это же так просто! И почему она не подумала об этом раньше? — все будут так рады тебе, Эд!
— Я не могу. Ты же знаешь, — наконец он поднял на нее глаза, в них стояли слезы. — Тебе пора идти. Беллз, тебе нельзя оставаться, тебя ждут, — он мягко коснулся губами ее пальцев. — Я так рад видеть тебя, но это не мой сон. И, думаю, Лист не простит, если я тебя убью. — Эд выпустил ее руки, и приказал: — Проснись, Изабелла Локосская!
Это было странно и страшно. Белле показалось, что если этот приказ не исполнить, произойдет нечто ужасное и непоправимое. Она не могла не подчиниться.
Она моргнула и почувствовала, как давление на грудь, как будто ее выталкивало на поверхность.
Больно.
Эдгар был далеко и с каждой секундой еще больше отдалялся. Еще мгновение и его силуэт стал тенью на горизонте. Еще одна секунда и вокруг только белый свет и пустота.
Белла глубоко вдохнула, пытаясь освободиться от давления на груди, ее сердце билось, кровь застучала в ушах. Она открыла глаза.
Знакомый потолок, украшенный голубыми лилиями, загораживали озабоченные лица незнакомцев.
Нет, она их знала. Знала лекаря, знала сестру, знала лавирского принца. Но где же Лист?
Она хотела спросить о муже, но во рту пересохло. Попыталась поднять руку, но ей не хватило сил. Ворох новых звуков и образов оглушал, вытесняя увиденное с помощью зелья уводящего в другие миры.
Доставить Петера на корабль — лишь половина дела. Убедить Хэма отправиться в обратный путь так скоро — вот что стало настоящей головной болью для Райнера. К моменту, когда они с Петером прибыли в маленький портовый городок, где их ждал Звездный Грифон, корабль уже загрузили товаром, который Хэм явно не собирался везти в Локосс.
— У меня другие планы! Подвернулся дорогой заказ! Я не буду бросать все, ради эфемерной награды за спасение уже списанного со счетов короля! — восклицал Хэм слишком громко, явно стремясь привлечь внимание команды.
За спиной Хэма стоял Грег, сын Хэма, такой же рыжий и явно уверенный в себе, крупный детина. Грег был старпомом, смотрел осмысленно и серьезно, и ему явно не нравилось происходящее. Хотя вмешиваться в разговор он не спешил.
— Ты должен мне, — напомнил Райнер Хэму.
— Я был должен Златану, а не тебе!
— Златан передал твой долг, — громко ответил Райнер, зная, что для пиратов долги имеют иногда больший вес, чем деньги. На этом держалось все их сообщество. И хотя теперь они звались торговцами, основная часть команды Хэма все же происходила из пиратов.
Грег раздраженно отмахнулся от моряка, что-то шепнувшего ему на ухо. Жаль за общим гомоном Райнер не успел настроиться и услышать, что именно.
— Я выделил тебе десяток молодчиков, чтобы спасти этого, — Хэм совершенно непочтительно мотнул головой в сторону короля Петера, который держался в стороне и предпочел в разговор не вмешиваться. — И где они? Мертвы! И ты все еще смеешь напоминать мне о долге?
— Мне должен был ты, а не твои люди, — ответил Райнер. — И я неплохо заплатил каждому из тех, кого ты отправил со мной. Если они достаточно разумны, то оставили деньги женам и детям.
— Это правда, капитан, — вмешался Грег, — у меня в сейфе четыре мешка с монетами, и у боцмана пять. Только Миза ничего не оставил, но у него и семьи нет.
— Даже одной жизни это не стоило! — зло воскликнул Хэм, — Если народ Видерии против короля, то тебе ни я, ни сто таких как я, не помогут. Бросай ты это дело, Райн. У нас была договоренность, и я свое слово не нарушаю. Но какая тебе теперь разница, что будет в Локоссе? Ты же бежал, шлепая ластами! Ты же теперь предатель и убийца. Думаешь, привезешь подарочек, и тебя простят?
Неприятный вопрос. Райнер и сам до конца не знал, помогут ли его действия теперь. И ему совершенно не нравился ход мыслей Хэма.
— Мои действия не отменили моих клятв, не отобрали мою верность и мое представление о справедливости, — громко ответил Райнер, чтобы его услышали собравшиеся вокруг моряки.
Долги ценили те, кто вышел из пиратов. Клятвы те, кто хотел жить мирно. А большинство из них хотели. У многих были семьи в Ямалпе. У Грега в том числе.
— Я в отличие от тебя ничего не должен ни тебе, ни клятым королевам Локосса! И можешь не взывать к моей совести! У меня ее нет.
— Я поставил на твой корабль пушки, — привел еще один аргумент Райнер, — думаешь, я так пекусь о твоем товаре?
— Я свое уже отвоевал, — буркнул Хэм, — пушки оплатили твой побег. Я тебе ничего не должен, и новых денег не возьму. Ищи себе другого глупца!
— А сколько он предлагает? — крикнул один из моряков, за спиной Райнера, — может оно того стоит?