— Все сходится на мне. Я веду дела с Островами, я хорош в магии воздуха, мой ученик оказался не в том месте не в то время, и вероятно я знаю об опасной магии не меньше Увара, — глаза Райнера недобро сверкнули, но лицо расслабилось. — Только какой мне толк от смерти Изабеллы? Не могу сказать, что мы с ней друзья, но наши ссоры в прошлом. Даже если бы я хотел убить сестер на оглашении, я бы точно там присутствовал, все проконтролировал бы и алиби заимел. Не держите меня за дурака.
Гур, не то крякнул, не то чихнул. Листа не покидало ощущение, что Райнер чего-то недоговаривает.
— Трубка наверняка с Островов, — как бы невзначай бросил Люциан.
Райнер оставил это замечание без внимания.
— На Островах почти нет магов, — Гур беспокойно переступал с ноги на ногу. — Вы же знаете, чем дальше от севера, тем меньше одаренных. А магия тут точно замешана.
— Ты говоришь, спал. Мог быть это наколдованный сон? — спросил Люциан, — могли ли намеренно вывести тебя из строя?
Голова у Листа заболела еще сильнее. Зачем подкидывать идеи?
— Могли, — согласился Райнер, и, поймав недовольный взгляд Листа, добавил: — Не смотри на меня так, моя защита не идеальна, не бывает идеальной защиты. Только я не могу понять: зачем? Вряд ли я мог бы сделать защиту лучше, чем Увар, а бороться с тенями вы куда большие мастера, чем я.
— Видимо поэтому и использовали дротик. Мне кажется, мы теряем время, — Люциан уже шагнул к двери, но Тим его остановил.
Райнер усмехнулся, наблюдая за ними, отступил подальше от двери, но промолчал.
— Я все еще тебя подозреваю, — сказал Лист. — Сегодня останься здесь. И завтра тоже. Наверняка люди видели, как мы уходили. Пусть настоящие виновники думают, что мы все свалили на тебя.
— А то, что моя репутация пострадает, тебя не волнует? — насмешливо улыбнулся Райнер, — впрочем, я все равно хочу спать. Но знай, Листрат, если я преступлю закон, то буду готов за это ответить. Я клянусь тебе, что никогда не стану действовать против наших королев, и уж тем более пытаться их убить.
— Я не верю клятвам.
— Магическим стоило бы.
В ответ Лист лишь пожал плечами.
Лист потратил весь оставшийся вечер, раздавая поручения. Проверить список магов, аптекарей, проследить за некоторыми, всех стражников проинструктировать насчет сфер, присмотреться к иностранцам. Голова раскалывалась от задач и предположений. Большой город, да еще порт. Как учесть все? И как доверять Райнеру? Ему приходилось раз за разом повторять себе, что это старые раны и не более того. История про сон странная, но он оставил Урса караулить. Райнер действительно снова лег спать.
Лист не переставал удивляться, что его слушают. Он не входил в малый совет, не имел конкретной должности в замке или городе. Его отряд был создан для конкретной цели и поиск тех, кто хочет убить королев точно не входил в его задачи. Но, похоже, от его имени в кои-то веки вышел прок.
Листу не хотелось возвращаться в зал торжеств. Не хотел провоцировать новые разговоры. И только мысль, что убийца может быть среди гостей, заставила его спустился туда. Если снова используют сферу с тенью, то мало у кого найдется оружие способное ее уничтожить.
Зал торжеств вызывал у него не самые теплые воспоминания. Именно в этом месте он впервые ощутил, какая пропасть разделяет его и Беллу.
То как она красива, он тоже впервые заметил именно в этом зале.
И как много лет назад, сегодня он тоже никого не интересовал. Мельком видел Дэйву, казавшуюся пьяной, но уверенно крутящуюся в танце с мало знакомым ему магом. Видел прямую, как стержень Литу, которая говорила с другим магом, кажется, из делегации лавирских принцев. В зале вообще было много магов. Как будто все, имевшие дар, непременно попадали в совет. Лист даже попытался вспомнить, знает ли он магов вне семей совета. На ум пришел только Тим, который имел немногим больше умений, чем сам Лист, и магом себя не считал.
В этот момент он, как никогда остро ощущал отсутствие Эдгара. Тот любил шутить над магами и всегда знал, как поднять настроение.
Если бы Эд был жив, все было бы иначе. Сестры остались бы свободны. Пропасть между лучшим другом будущего короля и не наследной принцессой казалась значительно меньше, чем пропасть между простым воином и королевой.
Листу становилось противно от самого себя, когда такие мысли лезли в голову, но поделать с этим ничего не мог.
Он смотрел на Беллу и не узнавал ее. Не узнавал уже несколько недель. Она была рядом, и в тоже время была очень далеко. Сначала она скорбела, затем влилась в дела государства. И вот теперь она весело болтала с тремя лавирскими принцами. Кокетливо поворачивала голову, и в ее волосах плясали всполохи огня. Лист заворожено смотрел, как она подносила бокал к губам, и делала совсем маленькие глотки, растягивая паузы. Он встал у стены, спрятавшись за высоким угощением, стараясь не привлекать внимания. Не слышал разговора, но видел, как Белла улыбается и смеется. То была не знакомая ему Белла, женственная, аккуратная, подстраивающаяся под собеседников.