— Еще бы! Бедный сиротинушка остался без покровительства Шрама!
Видя непонимание Млада, Кир поставил ведра и похлопал себя по щеке. Млад прежде не слышал, чтобы Каллистрата так называли.
— И что теперь? Спляшешь на его могиле? — горько ответил Млад, — В чем твоя проблема?
Горгульи крадучись подбирались к ведрам Кира. Хотя в ведре, принесенном Младом, оставалось еще много воды, их любопытство было сильнее.
— Моя проблема в тебе! — воздух вокруг Кира замерцал. — Ты всюду суешь нос, и вечно оказываешься в центре событий. Ловишь убийц, воруешь тени, трешься вокруг королев. Из-за тебя учитель забыл, что у него есть и другие ученики!
— Это не моя вина.
Млад прищурился. В переплетении стихий Кира, доминировал огонь, бурлил и подавлял другие стихии. Млад сделал шаг назад и примирительно сказал:
— Я выполняю приказы и не более того. Если я и оказываюсь в каком-то месте, то случайно или по приказу.
Горгульи мгновение назад урчавшие и игриво гоготавшие, застыли неподвижно. Млад успел увидеть, как Кир сложил пальцы и сделал круговое движение кистью. Почти не понимая, что делает, Млад выставил руки вперед, скрещивая запястья. Перед глазами всплыли символы формулы, но у него не было времени на то чтобы начертать ее или хотя бы произнести древние слова. Как во сне рванул воду вверх, представляя, что она встанет единым щитом, и мысленно произнес: «пожалуйста, пожалуйста, отзовись».
И вода откликнулась. Между парнями поднялось два водяных щита: один поплотнее из ведер Кира, второй из ведра Млада. Огненный шар вылетевший из ладони Кира прошел через первый щит и рассыпался о второй. Вода рухнула обратно в ведра.
— Что ты делаешь? — воскликнул Млад, снова сплетая заклинание, и надеясь, что и во второй раз получится.
— Учебная дуэль! — злобно ответил Кир и выпустил два огненных шара из каждой руки. Млад видел, что Кир вложил в них всю свою магию, видел, как одна из горгулий прыгнула на Кира, но это не имело значения, потому что его собственное защитное заклинание не сработало. Он ощутил толчок в грудь и сделал неловкий шаг в сторону. Огненные шары пронеслись мимо, но сам он потерял равновесие и упал.
Бесконечно долгое падение. Мир стал черным. Если это смерть, то хотя бы не больно. Жаль только, что Кир добился своего.
А затем Млад понял, что его держат десятки каменных лап. Горгульи осторожно поставили его на землю и взлетели черной стаей в небо.
— Чудесный спуск, малек! — раздался над ним хриплый голос, и солнце загородила огромная фигура, — и как это ты их натренировал такое вытворять?
— Я не тренировал, — пробормотал Млад, — они сами.
— Эко тебя угораздило? — мужчина встряхнул Млада, и тот узнал Хэма.
— Поссорился с другом, — хмуро ответил Млад, глядя наверх. Кира было не видно.
— Что может быть лучше дружеской драчки, да? — хохотнул Хэм, тоже глядя на верх, даже козырьком приставил ладонь ко лбу. — Я аккурат шел к твоему учителю, малек. Идем, расскажешь ему все.
— Я не стану ничего говорить!
— Да? Договорились! Я сам ему все расскажу, — весело ответил моряк, — обожаю веселые истории. Идем. Ты должен поведать мне все подробности.
Хэм схватил Млада за локоть. Ему ничего не оставалось, кроме как идти вместе с моряком. По дороге он все же рассказал про конфликт с мальчишками, не называя имен. Хотя Кир уже второй раз чуть не убил его, в планы Млада не входило прослыть доносчиком или жалобщиком. Вместо этого он перевел рассказ на себя, сказав, что у него не выходит колдовать.
— Знаешь что, малек? Я ничего не смыслю в магии, но знаю, что она похожа море. Если хочешь ходить под парусом, то полюби море и добейся взаимности.
Он собирался сказать что-то еще, но они почти подошли к кабинету Райнера. Дверь была приоткрыта, Райнер нараспев произносил заклинание, которое Млад не знал. Он остановил Хэма.
— Не стоит тревожить мага во время работы.
— А чего он двери не затворяет? — громко возмутился Хэм, — если это опасно, так позаботься…
— Не опасно, — холодно сказал Райнер.
Дверь в его кабинет широко распахнулась. Окна были зашторены, и комнату освещали лишь несколько свечей на столе. Райнер стоял на стуле. А на полу были начертаны древние символы и линии стихий, слегка мерцающие в темноте. В центре неровного круга образованного линиями застыла тень.
Млад отшатнулся, а Хэм напротив с любопытством перегнулся через порог, всматриваясь в черный силуэт.
— Как это ты ее заморозил? — спросил он.
— Млад, что ты видишь? — вместо ответа, спросил Райнер.
— Тень.
— А ее линии стихий?
— У теней нет связи со стихи… — Млад оборвал себя на полуслове.
Обычно тени выглядели черными дырами в пространстве. У них не было стихий и быть не могло. Но то, что Млад видел сейчас, отличалось. У этой тени были линии стихий, хоть едва заметные. Немного воздуха, чуть больше земли и воды. И хотя Млад не мог назвать себя знатоком, переплетение казалось неестественным, и весьма сложным, едва ли не сложнее, чем плетения сопровождавшие людей.
— Как это возможно?