– А кому приходить-то? Живых родственников, кажется, не осталось, друзей тоже нет. К тому же она ведь реально сумасшедшая. Кому охота общаться с такой интересной личностью?
– Видимо, только мне, – невесело усмехнулся Роман. – Она буйная?
– Очень редко. Чаще просто сидит и смотрит в стену. Но на вашем месте я бы все-таки соблюдала осторожность. Хотите поговорить с ней наедине?
– Если можно.
– А чего ж нельзя? – снова пожала плечами охранница. – Я буду за дверью караулить. В случае чего, сразу ворвусь, и… – Она показала Кукушкину резиновую дубинку, закрепленную на поясе. – Пропишем ей успокоительного, чтобы не буянила!
Кукушкин вздохнул. Судьба иногда бывает очень жестока. Видная ученая, археолог и специалист по древнему миру к концу жизни стала обитательницей сумасшедшего дома.
Наконец они остановились у одной из стальных дверей, как две капли воды похожей на все предыдущие.
– Вот мы и пришли, – сообщила охранница. – Вы готовы?
– Вполне, – кивнул Роман.
Женщина начала отпирать замки, громыхать ключами и засовами. Вскоре дверь в камеру распахнулась.
Глафира Борисовна сидела на металлическом стуле, ножки которого были привинчены к полу возле небольшого металлического столика. Узкая кровать у стены была не застелена, одеяло и простыни сбились в ком.
– Глафира Борисовна? Доброе утро. Меня зовут Роман, я частный детектив, – сообщил старухе Кукушкин, решив не называть свою фамилию. Сумасшедшая могла помнить имя следователя, застрелившего ее зятя.
Охранница кивнула ему и вышла за дверь, оставив ее приоткрытой.
Старуха проводила ее настороженным хитрым взглядом. На Романа она вообще не обращала внимания, а Кукушкин, рассматривая ее, отметил сильное внешнее сходство с сестрой. Только Амалия во время их последней встречи была одета с иголочки и тщательно причесана, а перед Романом сидела тощая старая карга в поношенной пижаме. Седые нечесаные лохмы торчали во все стороны, делая старуху похожей на огородное пугало.
– Детектив, – проскрежетала она, продолжая настороженно следить за дверью. – Когда-то я любила детективы. И сейчас люблю… Иногда мне приносят почитать из библиотеки, но только в мягких обложках…
– Меня наняли найти одну вещь. Вы должны знать, о чем идет речь. Некоторые зовут ее венцом Марголеаны.
Глафира Борисовна оторвала взгляд от двери и заинтересованно уставилась на Романа.
– Найти? – глухо переспросила она. – А он что, потерян?
– Его украли не так давно. Полиция тоже пытается его отыскать, я же веду собственное расследование.
– Ишь ты, – хохотнула Глафира Борисовна. – Украли, значит…
– Я подумал, вдруг вы что-то знаете об этом венце. Что-то необычное… Может, расскажете мне о нем? Не было ли каких-то странных происшествий после того, как он появился в доме Решетниковых?
– А почему должно было случиться что-то странное?
– Я в курсе, что вокруг этого венца нередко происходят разные необычные вещи.
– О, я видела его… Держала его в руках, – забормотала Глафира Борисовна, закрыв глаза, словно вспоминая былое. – Эдуард приводил меня в свой дом и показывал мне Темный венец… Какая же страшная красота… Однажды, исключительно в качестве эксперимента, он продал его другому коллекционеру… Мы хотели проверить, правда ли то, что написано о венце в разных старинных манускриптах. И все правда! Вот ведь смешно…
– Что случилось? – тихо спросил Роман.
– Коллекционер не долго владел венцом. Его молодая жена начала встречаться с другим мужчиной, и однажды коллекционер застал их во время свидания. Он застрелил жену, а ее приятель, пытаясь спасти свою жизнь, в драке свернул ему шею. Венец достался по наследству племяннице коллекционера. Но пару месяцев спустя девица выбросилась из окна от несчастной любви. Венец перешел к ее двоюродной сестре… И через пару недель вся семейка погибла в пожаре, когда в их доме случилось короткое замыкание. Больше прямых наследников не осталось. А венец не пострадал! – Глафира Борисовна визгливо рассмеялась. – Кто-то из их дальней родни, будто заподозрив неладное, вернул венец Эдуарду Решетникову… Он выкупил его за копейки, а те были счастливы. Радовались, что избавились от про́клятой вещицы! С тех пор он хранился в подвале Решетниковых… Ну как, интересная сказочка?
Старуха хитро уставилась на Романа. Кукушкин нервно сглотнул, поняв, что слушал ее рассказ затаив дыхание.
– Мы здесь не полностью отрезаны от внешнего мира, частный детектив, – добавила старуха. – Иногда до меня доходят последние новости… Что, отсчет покойников опять начался?
Она мерзко захихикала. По морщинистому подбородку стекала ниточка слюны. Роман брезгливо поморщился.
– Погодите, то ли еще будет… – Сумасшедшая расхохоталась. – То ли еще будет…
– Вам что-то известно? Вы знаете, почему все это происходит? – спросил Роман.
– Потому что дом Решетниковых проклят! – взвизгнула старуха. – Все это расплата за их грехи… А венец – орудие мести! Зря они столько лет хранили его. Давно нужно было от него избавиться! Но теперь уже ничего не попишешь. Так уж вышло, карты так легли!
– Какие еще карты? О чем вы?
