Решетников с улыбкой взглянул на Кукушкина, затем продолжил экзекуцию. Удары сыпались один за другим, с треском ломались кости, Казилов истошно выл и дергался, а Егора заставляли на это смотреть. По щекам Кукушкина текли слезы. Отец Даши и правда был страшным и жестоким человеком. В этом Егор теперь нисколько не сомневался.
Полчаса спустя, хотя избиение Казилова еще продолжалось, Кукушкину снова надели на голову мешок, потом выволокли из цеха и затолкали в машину.
Его довезли до дома, сняли наручники и грубо вытолкнули из автомобиля. Время было уже очень позднее, и никто из соседей этого не видел.
О том, что сделают с Владом Казиловым, Егор боялся думать.
Роман не спеша обдумывал рассказ Натальи о про́клятом венце Марголеаны и не переставал удивляться тому, сколько всего странного и необъяснимого происходит вокруг этой жуткой хрустальной короны. Наталье Роман верил, у него не было причин сомневаться в ее словах, какими бы фантастическими они ни казались, – особенно после показаний Степана, Егора и Алины, от которых даже бывалые следователи Карамзин и Чехлыстов лишились дара речи.
Видеозаписи с камер слежения исторического музея, свидетельства очевидцев, даже рассказ сумасшедшей Глафиры Борисовны – все просто кричало о сверхъестественном характере происходящего.
Роман взял книгу погибшей гадалки Вероники, за которую теперь некому было требовать оплату, и открыл на первой странице. Книга представляла собой подшивку из машинописных страниц, фотографий, ксерокопий каких-то документов и свидетельств. Похоже, Вероника собирала информацию долго и кропотливо. Немудрено, что она хотела денег за разрешение ознакомиться с подборкой.
Было уже очень поздно, а Егор все не возвращался. Хотя парень стал совсем взрослым, Роман по-прежнему не ложился, не дождавшись сына и не убедившись, что с ним все в порядке. Чтобы не бросать поминутно взгляд на часы, Роман включил кофеварку, устроился за кухонным столом и начал читать.
«Общеизвестно, что венец Марголеаны испокон веков сводил людей с ума, – гласил первый же абзац. – Мельчайшие обиды под его темным влиянием перерастали в дикую, жгучую ненависть. Сколько людей из-за этого погибло! Каждого, кто надевал венец, пропитывал насквозь темный яд, и человек начинал твердо веровать в собственную безнаказанность и непогрешимость, терял всякое чувство меры, переставал испытывать угрызения совести. Венценосцы, продавшие тьме свои бессмертные души, легко предавали и убивали, но и сами всегда становились жертвами собственной алчности и безумия… Ибо Темный венец всегда собирал свою кровавую дань, и не было исключений ни для кого».
Роман похолодел. Он хотел перевернуть страницу, но тут домой наконец вернулся Егор. Парень тихонько открыл входную дверь, на цыпочках вошел в темную прихожую и, увидев горящий на кухне свет, замер, как нашкодивший кот.
– Привет, – кивнул сыну Кукушкин, отложив книгу в сторону. – А ты припозднился.
– Угу, – буркнул из прихожей Егор, снимая кроссовки. – Мы гуляли. Со Степаном…
Это прозвучало как-то странно. Голос сына не понравился Роману, не хватало обычной легкости и задора.
– С тобой все нормально? – спросил Роман.
– Да, – как-то вяло ответил Егор. – Я это… душ приму и спать.
– Что, даже ужинать не будешь?
– Я сыт… Накормили. Досыта… – хмуро сказал парень.
Даже не заглянув к отцу, он заперся в ванной, и вскоре до Романа донесся шум льющейся воды. Такое поведение тоже было странным и непривычным. Как правило, Егор любил поболтать и рассказывал, как прошел день, даже когда его об этом не просили.
Роман вышел в коридор и задумчиво посмотрел на запертую дверь ванной. Затем вздохнул и вернулся на кухню. Не стоило давить на парня. Захочет, сам все расскажет, когда созреет, а пока пусть отдыхает.
Теперь, когда Егор дома, Роман мог со спокойной душой лечь спать.
Просматривая утром в интернете последние новости, Виктория узнала, что Влад попал в больницу со множественными переломами. Она сначала не поверила своим глазам. Грузчики из портовых доков, начинающие работу в шесть часов утра, совершенно случайно обнаружили избитого юношу в бессознательном состоянии возле одного из складов.
По предположениям, он пострадал в драке. Якобы на припозднившегося путника напали с целью ограбления. Естественно, Вика в это не поверила. Казилов никогда не ходил пешком, всегда гонял на своей красной спортивной машине – и никогда не потащился бы ночью в порт. Нет, здесь определенно было что-то другое. Что именно – об этом думать не хотелось.
Когда Виктория приехала в исторический музей, многие ребята уже обсуждали эту новость. Ходили слухи, что у Казилова не осталось ни одной целой кости.
Егор, которому о Владе сообщила Алина, в такие слухи не поверил, но все же было понятно, что Казилову хорошо досталось и в ближайшие полгода ему на ноги не встать. О своем ночном приключении Егор рассказал только Степану, больше никому.
– И что теперь? – выдохнул Степан. – Не бросишь Дашу, ее отец тебя убьет! Или искалечит, как Казилова.
