Залёгшие перед базой диверсанты во главе с Мистрой и Нираэль пропустили передовые полчища, дожидаясь подхода стрелковых тварей. Одному центуриону не повезло, прямо на него наступил джаггернаут, отправив бедолагу на борт «Молота». Зато Серпента могла вздохнуть с облегчением, не она умерла первой, выиграв приличную сумму на ставках внутри команды.
Получив сигнал, обмазанные жучиными кишками диверсанты под маскировочными сферами на всех парах бежали к ближайшему крупному плазмоиду, где активировали рюкзаки с бомбами. Энергия оружия Федерации соединялась с жучиной, вызывая мощнейшие взрывы. Всего за минуту Прилив лишился большей части подошедших стрелков, открывая нам новые уникальные возможности.
Ожидавшие команды центурионы со специализациями тяжёлых бойцов, штурмовиков и обычные универсалы запрыгивали на стену, затаскивая на спинах стационарные крупнокалиберные пулемёты. Стрелять из них было всё равно, что бросать деньги прямиком в костёр, но обилие целей с лихвой компенсировало потери.
Массовый пулемётный огонь, высокоуровневые штурмовые винтовки, автоматические турели и тысячи присоединившихся к центурионам роботов Рокси создали достаточно плотную завесу, чтобы остановить Прилив. Перебегая через невидимую линию, жуки дохли в течение пяти секунд, пополняя растущую гору тел.
По джаггернаутам вёлся прицельный огонь лучших снайперов и тяжей с ядерными ракетными установками. Крупные жуки или легко умирали от прилетевшего в морду мощного заряда, или подыхали в агонии от зубов своих же сородичей, когда Фокси или кто-то другой отстреливал им ноги. Я продолжал работать по оставшимся плазмоидам, изредка на плато забирались опасные твари, с ходу вступая в бой.
— Командир, у нас больше не получается прорываться! Жуки специально замедлились, чтобы выискивать нас, — связалась со мной взволнованная Нираэль. Сёстрам удалось трижды подорвать себя в скоплениях врагов, другие диверсанты обычно добегали один-два раза.
— Не страшно. Хватайте винтовки и присоединяйтесь к нам, целей на всех хватит.
Кредиты лились бурной рекой, даже на Гладиусе мы не зарабатывали столько. Там у нас были десятикратные коэффициенты с дорогим снаряжением, а тут практически бесплатный штурмовой крейсер, бодро сжигающий сотни жуков в минуту. Потраченные на модернизацию миллионы окупились за первый же выстрел гравитационной установки, теперь мы вышли в очень серьёзный плюс. На командном счету накопилось больше полумиллиарда кредитов, и это не считая личных заработков центурионов.
Казалось, мы сейчас разорим любимую корпорацию, но я за них не волновался. Раз больше не резали коэффициенты, значит, всё в порядке. Думаю, я знал, откуда они берут денег помимо выплат от вояк.
Миллионы зрителей присоединялись к официальным стримам Легиона, наблюдая за эпичными сражениями под разговоры любимых комментаторов. Верданокс занимал первое место по популярности, принося корпоратам неприличные суммы от рекламодателей.
Не стоило забывать про спонсорские пожертвования и доходы от подписок, война с жуками неизменно занимала умы граждан Федерации во всей вселенной. Многие вносили свой вклад, стандартом считалось отчислять по десять процентов от зарплаты. Кхм, что-то я опять отвлёкся.
Ценой огромных потерь жукам удавалось понемногу продвигаться вперёд, пока Прилив не достиг стены. Остатки метателей, трутней и плевунов залезали на панцири дохлых джаггернаутов, засыпая нас ядовитыми шипами, огненными шарами и кислотными сгустками. Пулемётчики не успевали убивать всех сразу, постепенно тварей становилось всё больше.
Основная часть наших потерь пришлась на одноразовых роботов, броня Легионеров спокойно выдерживала одиночные попадания кислотой или ядовитым шипом. На место уничтоженной машины немедленно вставала новая, и мы не снижали плотности огня до тех пор, пока оставались резервы. Забирающуюся на стену мелочь успешно встречали тяжи во главе с Гроготахом, его плазменная секира с одинаковой лёгкостью разрубала когтистые лапы, уродливые пасти и прочные хитиновые панцири.
Центурия успешно сдерживала входящий в силу Прилив. Единственное, что вызывало волнение, — боеприпасы. Они улетали воистину с космической скоростью, особенно пулемётные коробы. По оценкам Андрея мы могли сражаться так не больше часа, а дальше переходим в ближний бой. Вопрос, что закончится раньше, мы или жуки.
— Не всё ли равно? — выкрикнула Валькирия, когда я поделился опасениями в офицерском канале. — Ну потеряем мы недостроенный аванпост, умрём и переродимся на «Молоте». Флот-то всё равно спасётся! Перегруппируемся и нанесём контрудар!
— Да, ты права. — Почему-то такая простая мысль не приходила мне в голову. Вот он, минус нашего успеха. Я настолько сосредоточился на необходимости постоянно побеждать, что даже не допускал возможности поражения. Но порой оно приносило не меньше пользы. — Херцер, что у нас с небом?
