В свое время Эрик Лараби сотрудничал в «Bulletin». Он договорился в редакции, что его статью-ответ Марголису поместят в ближайшем выпуске. Но в последний момент Лараби известили, что «Bulletin» не может принять его статьи. 12 мая 1964 года Альфред де Грация направил Рабиновичу гневное письмо. Он потребовал, чтобы редактор «Bulletin» опроверг искажения в статье Марголиса. Он сообщил, что читатели и советники «ABS» требуют предпринять активные действия, вплоть до судебного иска редактору «Bulletin», но, руководствуясь научной коллегиальностью, он согласен разрешить конфликт мирным путем, если Рабинович поведет себя соответственно этике ученого.
Рабинович ответил 25 июня 1964 года. Он писал, что журнал не может нести ответственности за клеветнические заявления (сознался все-таки, что статья содержит клеветнические заявления!), однако он согласен опубликовать статью Великовского, если она будет представлена высокопоставленным ученым.
Перед Великовским открывалась великолепная возможность продемонстрировать читателям «Bulletin» невежество Марголиса и методы, применяемые для подавления революционной теории. «Но зачем? — рассуждал Великовский. — Люди не становятся честнее и лучше даже под давлением фактов. Не лучше ли использовать предоставленное ему пространство в научном журнале для опубликования материала, отвергнутого „Протоколами“?»
Профессор Гесс представил в «Bulletin» статью Великoвcкoгo «Венера юная планета». 8 сентября 1964 года Рабинович сообщил Гессу, что «Bulletin» не может опубликовать эту статью, так как их журнал не публикует научный материал, подлежащий дискуссии. Еще одна ложь.
В октябрьском выпуске «ABS» опубликовали статью Марголиса с анализом всех пятидесяти четырех ошибок. Это было очень смешно и убедительно. Но для кого?
Письмо доктора Элизабет Ральф, заведующей радиологической лабораторией Пенсильванского университета, от 25 февраля 1964 года обрадовало Великовского.
Дважды он перечитал его. Он не сомневался в том, что результаты радиоизотопных исследований подтвердят правильность его хронологии.
Восемь лет назад душеприказчики Эйнштейна обратились в Метрополитен-музей с просьбой провести радиоуглеродные исследования некоторых образцов древнеегипетской культуры для определения их возраста. В этом нет нужды, ответили сотрудники музея. Египетская хронология точна и не нуждается в ревизии какого-то Великовского. Хорошо, говорили душеприказчики Эйнштейна сотрудникам Метрополитен-музее, допустим, вы правы. Но, хотя бы из уважения к памяти Эйнштейна, следовало выполнить его предсмертную просьбу. Почему бы не доказать свою правоту объективными исследованиями? На это сотрудники музея отвечали, что у них нет материала для исследования Великовский пытался заинтересовать другие музеи, в частности, музей Пенсильванского университета. Его директор доктор Ф. Рейни в письме от 7 октября 1959 года высказал недоумение, зачем нужны радиоуглеродные исследования для доказательства правильности египетской хронологии? Кроме того, писал он, радиоуглеродная лаборатория музея на многих сотнях образцов уже установила их удивительную близость к датам, определенным археологами.
Через два года в письмах из других музеев неизменно, повторялось, что никогда прежде радиоуглеродные исследования образцов египетской культуры не производились, что эти исследования вообще не нужны и весь имеющийся материал радиоактивно загрязнен.
Ф. Рейни солгал. Но если бы только он один!
В беседе с доктором Дейвидом Бейкером, профессором религии в Урсинус колледже, Рейни с изумлением говорил о непонятном противоречии между временем, установленном на основании радиоизотопных исследований, и конвенциональным датированием археологических находок. Разница примерно в 600 лет. Рейни признался, что именно сейчас их лаборатория, Британский и Лейденский музей усиленно работают, пытаясь установить причину этих вопиющих противоречий.
Желая помочь Великовскому, профессор Клод Шаефер послал для радиоизотопного анализа материал из раскопок Рас-Шамра в адрес физического факультета Пенсильванского университета. Шаеферу сообщили, что данные исследования не соответствуют хронологии, следовательно — неправильны, вероятно потому, что присланный им материал был радиоактивно загрязнен. Ему также написали, что музей университета располагает неопубликованными данными радиоуглеродных исследований материала, относящегося к Новому царству в Египте. Речь, по-видимому, шла о тех самых «странных» отклонениях в 600 лет, о которых Рейни говорил профессору Бейкеру. Шаефер ответил, что лично он опубликовал бы любые результаты, потому что его «не интересуют мнения и хронологические схемы, а только прогресс знания».
В 1956 году Клод Шаефер писал Великовскому, что «правда нуждается во времени, чтобы быть воспринятой». Эту фразу он повторил и сейчас в письме пенсильванским ученым. Он не скрывал, что убедился в правильности хронологии, реконструированной Великовским.
