— Это карта «Континуума», — пояснил он. — Видишь эту большую сферу? Это наш сектор — то, что было официально создано для меня. А эти маленькие изолированные пузыри… в них находятся другие сознания.
— Но кто они? — потрясенно спросила Лия. — И почему Кроу скрывает их существование?
— Я не знаю наверняка, — Томас покачал головой. — Но у меня есть теория. Я думаю, это люди, на которых тестировали различные версии протокола. Возможно, неудачные эксперименты, которые предпочли… сохранить в тайне.
Он сделал паузу:
— И есть кое-что еще. Я пытался установить контакт с «Эхо» — фрагментом доктора Рейн. И хотя прямой коммуникации не получилось, я уловил… сигнал. Повторяющееся сообщение.
— Какое сообщение? — напряженно спросила Лия.
— «Опасность. Найдите меня.» — Томас выглядел обеспокоенным. — Я думаю, что «Эхо» не просто фрагмент, Лия. Я думаю, что это ловушка. Что полное сознание Элары Рейн где-то здесь, в «Континууме», и оно пытается связаться с внешним миром.
— Но как это возможно? Она умерла во время процедуры.
— Да, и что если её сознание полностью перешло в цифровую форму в момент смерти? Как моё? Но вместо того, чтобы дать ей контролируемую среду, Кроу… изолировал её. Возможно, она обнаружила что-то, чего не должна была знать.
Лия медленно обдумывала услышанное:
— Нам нужно рассказать Августу. И найти способ проверить твою теорию.
— Будь осторожна, — предупредил Томас. — Я не знаю, насколько глубоко идет эта история и кому можно доверять. Что если Кроу отслеживает наш разговор прямо сейчас?
— Технически, это возможно, — признала Лия. — Но я создавала этот виртуальный дом с приватными протоколами. Если только…
Она внезапно замолчала, осознав пугающую возможность:
— Если только сам «Континуум» не спроектирован для мониторинга всего, что происходит внутри.
— Именно, — мрачно кивнул Томас. — Поэтому я и оставил подсказки в своих словах перед процедурой, а не сказал прямо. Надеюсь, Август достаточно умен, чтобы разгадать их.
Он взял дочь за руку:
— А пока, давай проводить время так, как будто ничего не происходит. Я покажу тебе свою квантовую лабораторию, а потом, может быть, сходим на рыбалку? — Он подмигнул. — Я запрограммировал в озере абсолютно гигантскую форель, которая клюет исключительно на красный крючок с перьями. Старый добрый искусственный интеллект озера не понимает, что его обманывают.
Лия улыбнулась, сжимая его руку. Несмотря на тревожные открытия, радость от возможности снова проводить время с отцом была сильнее.
— Конечно, пап. Покажи мне всё, что создал.
Август провел последние сутки, изучая данные на флешке Софии и сопоставляя их с официальными протоколами проекта. Он работал в своей лаборатории в «Истоке», выудив из системы всё, что мог найти о докторе Эларе Рейн и эксперименте, приведшем к её смерти.
Информация складывалась в тревожную картину. «Эхо», которое официально считалось фрагментированной копией сознания Элары, демонстрировало признаки активности, выходящей за рамки простой эмуляции. Оно эволюционировало, адаптировалось, и, похоже, пыталось общаться через примитивные коды.
— «Опасность. Найдите меня.» — пробормотал Август, глядя на расшифровку сигналов, которые генерировало «Эхо». — Что ты пытаешься сказать, Элара?
Дверь лаборатории открылась, и вошла София Теллури, держа в руках две чашки кофе.
— Подумала, что тебе пригодится, — сказала она, ставя одну из чашек рядом с ним. — Судя по твоим кругам под глазами, ты последние двадцать часов существовал исключительно на кофеине.
— Двадцать три часа, если быть точным, — Август благодарно принял чашку. — И да, я практически стал человеком-кофейником.
— Нашел что-нибудь интересное? — София кивнула на экраны, где отображались данные об «Эхо».
— Возможно, — Август понизил голос. — «Эхо» не просто фрагмент, София. Оно пытается общаться. Посмотри на эти паттерны активности. Это не случайный шум. Это сигнал.
Он показал ей расшифровку последовательностей:
— Сначала это было просто слово «опасность», повторяющееся снова и снова. Но недавно появилось новое сообщение: «найдите меня».
— Найдите меня? — София нахмурилась. — Это звучит так, будто…
— Будто Элара Рейн жива, — закончил за неё Август. — По крайней мере, её сознание. И оно пытается связаться с нами.
София медленно опустилась на стул рядом с ним:
— Но как это возможно? Мы видели, как она умерла во время процедуры.
— А что если произошло то же, что и с Томасом Мерцером? — предположил Август. — Что если в момент физической смерти её сознание полностью перешло в цифровую форму? Но вместо того, чтобы оказаться в подготовленной виртуальной среде…
— Она застряла в какой-то промежуточной зоне «Континуума»? — София выглядела потрясенной. — Это… ужасно.
— И это объясняет, почему «Эхо» демонстрирует такую сложную активность, — кивнул Август. — Это не просто фрагмент, это полноценное сознание, пытающееся пробиться через ограничения системы.
Он открыл на экране структурную схему «Континуума»: