— Нет, конечно, — она покачала головой. — Там столько всего, что ему хватит на годы исследований.
— Отлично, — Кроу улыбнулся шире. — Потому что, понимаете, «Континуум» — это сложная система. Некоторые его области могут быть… нестабильными. Опасными для неподготовленного сознания. Было бы прискорбно, если бы доктор Мерцер столкнулся с такими областями.
Скрытая угроза в его словах была очевидна всем присутствующим.
— Я передам ему ваше беспокойство, — холодно ответила Лия.
— Пожалуйста, — кивнул Кроу. — А теперь, если вы не возражаете, мне нужно поговорить с доктором Теллури наедине. Вопросы этики запуска и всё такое.
Август и Лия переглянулись, понимая, что это не просьба, а приказ.
— Конечно, — кивнул Август. — Лия, пойдем. У нас еще есть работа в лаборатории нейрокартирования.
Они покинули комнату, оставив Софию наедине с Кроу. Оказавшись в коридоре, Лия прошептала:
— Он что-то подозревает.
— Определенно, — согласился Август. — Но вопрос в том — что именно? И сколько он знает?
— И что он сделает с Софией, — добавила Лия с тревогой. — Мы не должны были втягивать её в это.
— София знала, на что идет, — возразил Август. — Она профессор этики, и её моральный компас настроен очень точно. Она не могла остаться в стороне.
Они направились к лаборатории, обсуждая дальнейший план действий. Теперь, когда код передан, и Томас начал свою операцию по проникновению в сектор 7, всё, что они могли делать — ждать результатов и готовиться к последствиям.
Ни Лия, ни Август не заметили маленькой камеры, установленной в углу коридора, которая следила за их уходом. И никто не видел, как Феликс Кроу, оставшись наедине с Софией, достал из кармана небольшое устройство и положил его на стол между ними.
— Интересные вещи можно услышать, если знать, где установить микрофоны, — холодно произнес он, активируя запись их утреннего разговора о «слепом пятне» и коде доступа к сектору 7.
София побледнела, но сохранила самообладание:
— Ты знал все время.
— Не все время, — признал Кроу. — Но достаточно долго. Достаточно, чтобы подготовиться.
Он наклонился к ней:
— Вопрос в том, София, что мне теперь делать с тобой и твоими юными соучастниками?
— А что ты сделаешь с Томасом Мерцером, когда он найдет Элару? — парировала она. — Удалишь его? Сотрешь воспоминания? Или просто запрешь в еще одном изолированном кармане «Континуума»?
Кроу не ответил сразу, его лицо было нечитаемым:
— Это сложный вопрос. С множеством возможных ответов. — Он встал. — К счастью, у меня еще есть время подумать над ним. Примерно столько, сколько потребуется Томасу, чтобы понять, как использовать цветовой код.
Он направился к двери:
— А пока, доктор Теллури, я бы советовал вам воздержаться от дальнейших попыток саботажа. В ваших же интересах.
— А в твоих интересах, Феликс, — тихо сказала София, — вспомнить, ради чего ты начал этот проект. Ради чего Аннабель хотела бы, чтобы ты его начал.
При упоминании Аннабель лицо Кроу на мгновение исказилось, словно от боли, но он быстро вернул контроль:
— Не смей говорить о ней, — процедил он. — Не ты.
С этими словами он вышел, оставив Софию одну в лаборатории, с гнетущим ощущением надвигающейся катастрофы.
В своем виртуальном мире Томас Мерцер стоял перед красной стеной кода, отделяющей его от сектора 7. Калейдоскоп, созданный Лией, парил перед ним, развернутый на пятом обороте, демонстрируя ключевую последовательность цветов.
— Фиолетовый, зеленый, синий, красный, — пробормотал он, изучая структуру барьера. — Но как применить этот код?
Он заметил четыре точки на поверхности стены — едва различимые углубления, которые, при ближайшем рассмотрении, оказались небольшими кристаллами: бесцветными, прозрачными, ждущими активации.
— Конечно, — кивнул Томас сам себе. — Цветовые ключи.
Он протянул руку к первому кристаллу, мысленно представляя фиолетовый цвет. Кристалл моментально окрасился, принимая нужный оттенок. Томас повторил процесс с остальными тремя, активируя их в указанной последовательности:
Фиолетовый. Зеленый. Синий. Красный.
Последний кристалл засветился красным, и вся стена начала вибрировать, пульсировать, словно живое существо. Линии кода мерцали и перестраивались, образуя новые паттерны.
И затем, без предупреждения, стена исчезла. На её месте открылся проход — тоннель из красного света, ведущий в иное пространство.
Томас сделал глубокий вдох (скорее, ментальную аналогию этого действия) и шагнул в проход…
…чтобы оказаться в странном, аскетичном пространстве. В отличие от его богато детализированного виртуального мира, это место было почти пустым — серые стены, минималистичная мебель, приглушенный свет. Оно напоминало скорее тюремную камеру, чем жилое пространство.
В центре комнаты, склонившись над голографической проекцией, стояла женщина средних лет с короткими седеющими волосами. Она выглядела измученной, но в её осанке чувствовалась решимость.
— Доктор Рейн? — осторожно позвал Томас. — Элара Рейн?
Женщина вздрогнула и резко обернулась. В её глазах промелькнул испуг, сменившийся настороженностью:
— Кто вы? — спросила она. — Как вы проникли сюда?