— Вы не волнуйтесь, профессор, мы сейчас все уберем! — вылезла та самая девочка, у которой такой жуткий, такой ужасный кошмар… Мерлин, где дети могли увидеть такое?! Какое бесчеловечное существо могло… такое существует?! Где? Почему?
Люпин с трудом сглотнул: в горле моментально пересохло. Пульс гулко стучал в голове, словно приколачивая возникавшие в ней вопросы, а дети… Удивительные дети спокойно занимались приборкой! Словно не были только что свидетелями такого… такого…
— Репаро… Репаро…
— Тергео…
— Экскуро…
— Репаро…
Ему оставалось только присоединиться.
— Скурж…
Шкаф затрясся мелкой дрожью, и его дверка распахнулась.
— Скурж! — пятеро учеников направили свои палочки на внутренность шкафа… и увидели в нем одни пустые полки.
— Это что? Он ушел?
— Боггарт — это эктоплазма?
— Это ее разновидность…
— Зачем тогда Ридикулус?
Как раз к концу урока учительскую привели в первоначальное состояние. А дети смотрели на профессора, словно чего-то ждали.
— Ах да… десять баллов Гриффиндору… каждому. И еще пять за уборку, — он вздохнул. — Тоже каждому.
— Ура! — грянули третьекурсники, едва не оглушив Люпина.
* * *
После уроков Гарри рыскал по коридорам в поисках пустых помещений. Их было немало, но стоило зайти туда, как через несколько минут обязательно кто-нибудь появлялся, иногда — Филч или миссис Норрис. Но чаще всего это были другие студенты: видимо, уединения искал не только он. Даже на верхних этажах было полно народу, правда, их облюбовали в основном влюбленные парочки.
Гермиона начала использовать артефакт! И поэтому с ним нужно разобраться как можно быстрее, потому что если Герми упрется, то это все.
А тут еще очень странный профессор Люпин. Взгляд… Не нравился тот Гарри, только он пока не мог понять, почему. И заклинание он им сегодня дал дурацкое, если честно. Хотя, может, ему просто не хотелось искать нового боггарта для других уроков? И почему он начал с Невилла, ведь видел, что тот боится больше всех?! И главное, почему не объяснил все в классе, заранее?
На столе декана Слизерина подскочил блокнот. Снейп, одной рукой держа чашку, раскрыл страницы, уже не ожидая ничего хорошего, и глотнул чайку, чтобы успокоиться.
…Могут ли профессора вредить студентам?
…Для каких существ характерны ярко-желтые глаза?
Профессор поперхнулся чаем и с трудом остановил себя от того, чтобы не ринуться незамедлительно в сторону гриффиндорской башни. Он прокашлялся, почистился, высушил сюртук и написал ответ…
А потом забрал с собой блокнот и вылетел из кабинета в сторону директорский апартаментов, шипя себе под нос великолепные сюжеты для фильмов ужасов в основном на тему того, каким способом он убьет Ремуса Люпина.
Так что пришедшие на отработку Грейнджер и Поттер наконец нормально пообщались, пока ждали профессора, а потом по пути назад, в башню. Отработка не состоялась.
* * *
Вечером в гостиной Гриффиндора небольшая компания договорилась о совместных поисках боггартов на территории замка… Поттер же пообещал рассказать и показать еще несколько ужастиков!
В факультетской гостиной набирал обороты спор. Расписание, несмотря на обещание, все еще не поменяли, и многие занятия, которые Гарри хотел посетить, стояли одновременно. И, поскольку он уже ухитрился завести едва ли не весь третий курс… А дело было так.
Началось все еще в столовой. Гарри заметил, что его подруга бледна и явно не выспалась, и продолжил развивать свои мысли вслух о том, что хочет сходить на занятия по всем предметам. И что каждому из однокурсников предлагает сначала попробовать все, а потом выбирать.
За столом Гриффиндора стало неожиданно тихо: однокашники смотрели на Гарри с открытыми ртами. Потому что вот этот парень на их памяти учебой особенно не интересовался. Одно дело — книжки и фильмы пересказывать, которых он за лето насмотрелся, другое — самому в книжки зарыться, причем в совсем другие, вовсе не такие увлекательные.
— Да, повзрослел я немного, и что? Ну вот кто мне скажет, как еще я смогу узнать — может, у меня талант предсказателя? Или нумерология окажется мне родной? Как я это пойму, если не посещу ни одного урока? Дайте мне хотя бы один, а лучше два-три, но по всем предметам, чтобы я мог правильно определиться. В конце концов, не разорваться же!
— Поттер, я тоже так считаю! — к Гарри, так и не севшему за стол, подошел невысокий крепкий когтевранец. — Так выбирать правильно, — обратился он к остальным сидящим за столом. — А то мы как будто на ощупь в темноте открываем дверь туда, не знаем куда. Ну или знаем, но только по слухам. А ведь наше будущее зависит от того, правильную ли дверь мы выберем…
— Классное сравнение! — Гарри смотрел на неожиданного единомышленника во все глаза и наконец догадался протянуть руку:
— Гарри Поттер.
— Энтони Голдштейн. Я что подошел-то, мы тут прошение составили, но если его кроме нашего факультета еще и вы подпишете… особенно ты, Поттер, ну, понимаешь…
— Да не вопрос! Показывай, где?
Тот достал аккуратный пергамент и ткнул пальцем:
— Давай вот тут, повыше, чтобы сразу твою фамилию заметили…
Гарри расписался.
