Гермиона сама себе едва успела заткнуть рот, но вот глаза едва из орбит не вылезли.
«Что значит — нравлюсь? Дадли? Вот с чего бы еще?»
Было очень странно и немного приятно. Или наоборот, немного странно… Она пока не разобралась. Но завтра она Гарри обо всем расспросит!
* * *
Раннее утро в окрестностях Коукворта было по-осеннему прохладным и туманным. От реки, почти восстановившей природную чистоту за десяток лет, как была закрыта фабрика, тянуло холодом и сыростью.
— Черт, — поежился Гарри. — Не рассчитали мы с одеждой.
— Ты же дракон, Гарри, в чем проблемы?
— Я не могу разговаривать, когда я в аниформе, — признался он.
— Правда? Жаль… А я вот могу.
— Ты… У тебя получилось?! И кто ты?
Через несколько секунд Гарри восхищенно уставился на юную сфинкс, еще не взрослую, но уже не котенка, а главное — с лицом его подруги!
— Это… это… Потрясающе! Как тебе удалось?! — он напрочь забыл, что недавно дрожал от холода.
И Гермиона рассказала…
На его протянутую руку легла теплая львиная лапа, и это оказалось удивительным ощущением!
— Погоди… Ты уже можешь летать? Да мы же сможем летать вместе! Класс! — он, не выдержав, обхватил подругу и попробовал покружить, но увы, сфинкс была не такой уж маленькой и весьма увесистой, так что пришлось поскорее поставить ее на землю.
— Ой, прости… я… твои крылья в порядке? Они такие красивые! Ух, Северус просто обалдеет!
— Нет, Гарри, летать я еще не научилась…
— Хочешь, я покажу тебе, как? Я долго мучился, пока наконец получилось. Сначала надо почувствовать свои крылья. Для этого их надо как можно чаще раскидывать и шевелить ими. А еще есть упражнения, когда вершиной крыла, вот тут, — он осторожно потрогал сгиб крыла Сфинкса, — рисовать круги и восьмерки, в разных плоскостях. Это потом здорово в воздухе помогает, гораздо легче полет регулировать. Вот, смотри, — Гарри обернулся и показал, что делать крыльями.
Два часа пролетели незаметно, зато Гермиона почти научилась планировать с крыши ближайшего пустого гаража и приземляться на все четыре, а не в кувырок.
— Ой, мы уже немного опоздали, кажется, — Гарри посмотрел на часы, капитанские, как у кузена. — Ну вот, точно! Бежим!
* * *
Когда запыхавшиеся подростки ввалились к нему в дом, Снейп уже закончил завтрак и принялся за дела в лаборатории. Визит, о котором написал Гарри, пришелся не совсем ко времени — сегодня его ждали у Малфоев. Надо было о многом поговорить, в том числе о нейтрализации последних Пожирателей. Он раздумывал, оставить ли ученичков у себя или все-таки взять с собой, ведь Гарри просил… Хотя присутствие магглокровки несколько осложняло ситуацию.
Едва дети поздоровались с ним, камин вспыхнул зеленым пламенем…
— Северус! Сними защиту, я сейчас приду, — раздался голос Малфоя.
«Это судьба», — подумал Снейп, глядя, с каким искренним и немного хищным интересом смотрит сноб-аристократ на Поттера и Грейнджер.
И был совершенно прав.
— Могу ли я пригласить вас в Малфой-манор? — Люциус был способен разводить политес в любое время и в любом положении. — Ваш учитель собирался посетить меня сегодня, но я не против небольшого расширения компании.
— Искренне благодарим вас, милорд, — присела в изящном книксене Грейнджер. — Вы очень любезны. Если, конечно, профессор Снейп не против, то мы готовы хоть сейчас, правда, Гарри?
«Это когда она так насобачилась?» — одновременно подумали Гарри и Северус, однако ответ на этот вопрос им в ближайшее время точно не светил.
Грейнджер слегка повернулась и сделала большие глаза, глядя на друга. Гарри автоматически кивнул, зашипел от того, что каблучок Гермионы резко встретился с его ногой, и наконец догадался тоже поблагодарить.
Люциус Малфой с удовольствием наблюдал эту милую сцену, особенно оценив незамутненно-ясные глазки и невиннейшую улыбку Грейнджер, с которыми она посмотрела на него сразу после того, как оттоптала своему приятелю конечность.
«Девчонка и на Слизерине бы не потерялась, — подумал он. — Несмотря на то, что грязнокровка. Кстати, стоит проверить, не из сквибов ли ее родители, например, из Дагворт-Грейнджеров. Наконец-то можно будет составить собственное мнение о той, которую так часто поминает сын. Как я удачно зашел».
* * *
То, что Люциус зашел удачно, через некоторое время оценил не только он. Дети, на удивление спокойно отреагировавшие друг на друга (ладно, Драко был предупрежден), ухитрились так аккуратно «не отсвечивать», что о них попросту забыли и даже из комнаты никто не попросил, когда взрослые начали обсуждать свои дела.
Ну, это они так думали, что свои. Трое подростков имели совершенно иное мнение. Драко, пару минут пошептавшись с Гарри, использовал магию хозяина дома, то есть попросту отвел глаза от их «детской» компании. И был несказанно доволен: под защитным шлейфом Поттер прекрасно комментировал все, что говорили, и знал куда больше, чем он, Драко! Например, кто такие Селвин и Пиритс, и что Крауч вовсе не тот Крауч, а тот, который умер, точнее, не умер, короче, тот, кто должен был сидеть в Азкабане за налет на Лонгботтомов, гуляет на воле, причем явно с попустительства отца, мистера Крауча-старшего.
