«Эх, а по этим записям получился бы неплохой учебник, — подумал он, сортируя пергаменты и убирая пройденные темы на полку. — Но нужно возрождать Лорда, а потом, может быть, он поддержит инициативу? И в Хогвартсе появится постоянный профессор защиты от Темных искусств… Хотя нет, скорее уж профессор Темных искусств, Лорд же другого не потерпит! Впрочем, второе звучит даже лучше».
* * *
Барти Крауч-младший не думал, какая опасность может подстерегать его в лаборатории зельеварения. Нет, когда он собирался туда, он был готов как минимум к трем поворотам событий. Первый — Снейп по-прежнему «свой», то есть более-менее предан Лорду (или хотя бы его памяти, в конце концов тот не так и мало сделал для этого полукровки), и возможен вариант просто взять его в помощники. Поведение декана Слизерина при появлении директора давало некоторую надежду на подобный исход, но принадлежность к факультету как бы намекала, что за одну только идею Снейп для него и пальцем не пошевелит.
Так что Барти с помощью домовика, как там ее — Винки, да! — добрался до дома, обновил Империус на отце, напоил того укрепляющим зельем и направился в семейную библиотеку, где отобрал скрепя сердце несколько весьма ценных монографий, в том числе самого Фламеля. Повезло же предкам в свое время приобрести одну из рабочих тетрадей гениального алхимика!
Это было на случай второго (и куда более вероятного) поворота, если бы Снейпа пришлось подкупать. Барти выбирал придирчиво, исключительно то, на что и сам бы купился — второй шанс ему точно не предоставят. Жалко было, конечно, но копии-то сделать никто не мешал. А отец под Империо прекрасно перепишет, что-что, а почерк у него всегда был замечательным, в отличие от характера.
Барти после прошедшего лета уже неплохо понимал, что если человек под длительным, специально закрепленным Империусом занят полезным делом, то имеет гораздо меньше шансов не только сбросить заклинание, но и поехать крышей. Не то чтобы отец оставался дорогим для него человеком, но… все-таки это был отец. Хоть и «железный Крауч».
Третьим вариантом было раскрытие Снейпу игры Дамблдора, кстати, до сих пор не особо понятной и самому Барти. Исключительно на самый крайний случай. Поэтому Барти еще раз прикинул свои шансы и прогулялся до родной библиотеки, где, тяжело вздыхая, забрал еще пару бесценных инкунабул. Его наконец посетила очередная светлая мысль о том, что вряд ли декан Слизерина стоит столько же, сколько толком неоперившийся выпускник школы, каким он его запомнил в Ближнем круге.
Он, конечно, много времени посвятил поискам того, чем можно было бы Снейпа шантажировать, справедливо полагая, что пряник — это хорошо, но тандем пряника и кнута — штука куда более надежная, но — увы и ах! — ничего подходящего не нашлось. Не могла же считаться достойным рычагом давления информация о тихо плачущей на ступенях снейповского домишки вредная журналистка! Да Снейпу кто угодно за такое еще и «спасибо» скажет, а то и в очередь начнут записываться с тем, чтобы полезный опыт перенять.
К счастью, до появления мисс Грейнджер возле того же самого крылечка Барти под зельем невидимости не дотянул какую-то пару минут — аппарировал домой, пока не кончилось его действие.
* * *
Мистер Крауч ака профессор Грюм был готов ко всему, когда открывал дверь в лабораторию зельеварения. Ко всему, только не к тому, что увидит там самое прекрасное создание, какое только могло быть на этой земле. И не к тому, что она вежливо поздоровается с ним и представится… И он ответит. И соврет, поправившись буквально в последний момент.
— Ба... Аластор Грюм, к вашим услугам, мисс… Делакур, — какими резкими и грубыми показались ему звуки, возникшие на его — нет, на чужих! — губах. Какой жесткий, скрежещущий голос, и — Мерлин и мать-магия! — у него же рожа… Грюма! Ему понадобились все силы, чтобы сдержать стон.
А дальше все было как во сне.
Ему предложили сесть.
Ему сообщили, что профессор Снейп вернется примерно через полчаса, потому что ушел за чем-то там к мадам Помфри… или с чем-то ушел? Какая разница…
Он смотрел на то, как она поворачивает голову, изящно склоняясь над котлом, как тонкие, но сильные руки помешивают явно загустевшее зелье и… робел даже предложить свою помощь.
Или не робел, а наслаждался мелодичным голосом мисс Делакур, которая рассказывала о своем новом курсовом проекте против вейловских чар. И ничуть его не боялась. Он даже не был ей противен, несмотря на эти жуткие протезы, шрамы и все остальное!
О, эта благороднейшая девушка сама ему все объяснила, и, главное, сама собиралась испробовать собственное зелье! Ему было что сказать ей, он даже хотел предложить в качестве испытуемого себя, но не успел ничего ответить, когда вошел Снейп. Все-таки он вернулся слишком быстро!
Северус чуть не поседел, увидев отставного аврора в лаборатории для продвинутого курса зельеварения в компании с навязавшейся к нему иноземной ученицей. Но стоило взглянуть Грюму в лицо, как он все понял.
