— Тогда его точно не засекли. Да, на вашем доме имеются чары слежения, настроенные на посторонних людей или магов, в принципе, это часть защиты, — объяснил Снейп сердитым Дурслям. — Не беспокойтесь, они не причинят вам никакого вреда. И нет, это не мои чары, я предпочту действовать только с вашего согласия.
Блэк перевел дух. В голове все путалось. Его враг… собирался ему помочь? Как? Ради чего? Он даже Гарри остановил, когда… Или нет, это был его брат, точно. Почему Снейп его не убил? Ведь хотел же. А потом прикрыл его от… директора? Дамблдора? Как плохо, что говорить в аниформе он не может. И еще хуже, что не может расстаться с ней, вернуться к себе самому… Сил, нет никаких сил. Его качало от эмоций, внезапной тяжести в желудке, хотелось упасть и все забыть.
— Собакен… Не бойся, тебя здесь не обидят, — подошел к нему Дадли, заметив мучения пса. — Значит, тебя зовут Блэк?
Сириус тяжело вздохнул и понурился, отдаваясь на волю мальчишечьих рук, чешущих его за ушами. Если бы все было так просто… Остаться верным псом этого славного парня. Но Гарри, крестник… за что ты так со мной?!
Гость с хозяевами уже собирались пройти в дом, когда Дадли попросил:
— Давайте не будем оставлять его тут одного. Не похож он на предателя. Не верю!
У Сириуса аж все в душе перевернулось, он застонал и ткнулся головой в Дадли.
Гарри подходить к собаке не спешил, но его озарило:
— А давайте сюда стол принесем! Отличная же погода, красивый двор. А?
— Ну… давайте. Вернон? — спросила Петунья мужа, и тот кивнул.
Сириус с надеждой посмотрел на крестника.
Они пили чай на заднем дворе, а Снейп рассказывал историю Сириуса Блэка, предателя лучшего друга, опасного преступника и… пса. Тот внимательно слушал, периодически подвывая и мотая или кивая головой, — так им всем удалось составить более-менее сносную картину… В которой, увы, осталось немало белых пятен.
— В то, что Блэк не предавал, кажется, я готов поверить, — произнес наконец Гарри, и Сириус от полноты чувств гавкнул, тут же получив от хозяйки дома полотенцем по голове и приказание молчать.
Снейп усмехнулся. Бывший враг был так несчастен и смешон, да и… какой он враг? Без малого двенадцать лет с дементорами, видимо, действительно ни за что ни про что. Да, этого более чем достаточно любому супостату, не то что школьному хулигану. Главное, он все еще предан Гарри. Это и без легилименции теперь ясно, как день. Собака…
— Блэк, — обратился он к псу, и тот вздрогнул. — Понятно, что говорить ты не можешь, а как насчет попробовать написать лапой вон там, на песочке?
Пес согласно заскулил и автоматически завилял хвостом… а потом сам удивленно смотрел, что выделывает его пятая конечность. Гарри рассмеялся… А потом подошел и погладил его.
По собачьей морде покатились самые настоящие слезы.
— Так ты наконец хоть что-то нам сообщишь или нет? Хотя бы попытайся.
Последние магические путы спали. Сириус даже был благодарен Снейпу, отвлекшему его от того, чтобы не завыть в голос после прикосновений Гарри. Он вскочил и направился к небольшой куче песка, что всегда имелась во дворе и периодически пополнялась: розам и другим цветам хозяйки был нужен хороший дренаж.
Царапать лапой по песку, затаптывая тремя остальными то, что получалось, было ужасно, но все же лучше, чем полная бессловесность. Правда, единственное, что он смог сообщить, было то, что он — крестный Гарри. Остальное растолковал присутствующим Снейп. Сириус чувствовал… благодарность. И раздражение. На собственный хвост, который, сволочь, вилял этому… мордредову… слизеринцу! А еще на бестолковых все-таки людей, которые не могли понять, что это вовсе не клубок какой-то, а крыса! Крыса с хвостом! Агррр… вуф! Что? А, на место, так на место. Сириус устало присел там, где недавно был привязан, возле перил заднего крыльца.
Наконец Снейп попрощался и аппарировал к себе, а мальчишки пошли устраивать пса в пустующем по летнему времени гараже. Его качало, лапы заплетались, общая разбитость и тяжесть в животе мешали соображать. Неужели он все еще жив? Неужели он рядом с Гарри? Неужели Снейп… Не успев додумать, сытый впервые за долгие двенадцать лет, измученный так, как раньше не мог себе и представить, Сириус Блэк, собака, последний наследник Блэков, единственный маг, сумевший сбежать из Азкабана, лизнул руку крестника и провалился в крепкий сон без сновидений.
Они все-таки пили чай с пирогом-шедевром Гарри на кухне дома в Паучьем тупике. Снейп в том самом сером мягком костюме выглядел спокойным и… домашним. Гарри мысленно улыбался: кто бы мог подумать, что такое произойдет? Что из злобного, даже ненавистного профессора получится… отличный старший товарищ. Гарри давно прицельно изучил свою родословную и очень жалел, что Принцы ему ни в каком дальнем колене не родня. Потому что, когда он чем-то по-настоящему увлекался, никто не понимал его так, как Снейп. Ну и наоборот, кажется, тоже. Прошедшие два года казались дурацким и странным сном.
