— Девочки-девушки, у которых еще не все выросло, а если выросло, то не созрело тут, — он постучал пальцем по лбу, — одна гормональная буря и полный ноль опыта. И столько же знаний и искусности. Что они вам могут дать? Ну… кое-что, конечно, могут. Свежесть и остроту ощущений. Но для вас эта острота будет бОльшей частью в нарушении запрета и маячащей перспективе Азкабана. Тут я с вами совершенно согласен, это абсолютно не нужно. Ни вам, ни им, что бы они сами об этом ни думали.
Побагровевший было Северус перевел дух. Так с ним еще никто не разговаривал. С ним об этом вообще никто не говорил, если уж на то пошло… А Флитвик совершенно свободно владел темой. Ну да, возраст, опыт. Интересно, у него… кто-то был? А может, и дети есть? Нет, он не будет его спрашивать.
А Учитель продолжал говорить совсем уж крамольные вещи, но таким тоном, словно на уроке давал классификацию бытовых заклинаний.
— Вам необходимо сбрасывать напряжение, в том числе и то, что возникает в ваших чреслах.
Он взглянул на ученика и возмутился:
— Да прекратите уже краснеть, Северус, вы ученый или как?! Я, конечно, понимаю, что сублимация половой энергии в умственную дает весьма неплохие результаты, особенно судя по вашим последним работам. И это прекрасно. Но выплеск энергии в ее собственном русле, смею вам сказать, ничуть не хуже, а главное — иначе. И тоже весьма благотворно действует на вашу любимую мыслительную деятельность, пусть и не сразу. Вы же исследователь, мой друг, вам имеет смысл и пробовать, и практиковать, желательно регулярно. Но вам нужна профессионалка, хотя бы на первое время. Мы запланируем это на завтра.
Последняя фраза, по мнению Северуса, точно была излишней.
— Не нужен мне никто!
— Учени-ик… не борзей. Учитель видит смысл, значит, твоя задача тоже его найти. Волосы как следует прополощи. Впрочем…
Он махнул рукой, спрыгнул с высокого кресла, взмахом руки возвращая его в исходное состояние крупного булыжника, и, не оглядываясь, направился в сторону замка.
Распоряжение насчет волос Северус выполнил. Не было смысла изо всех сил держаться за свое, если дал согласие быть учеником. Эксперимент над собой… Решено, так он к этому и будет относиться. Но кто бы мог предусмотреть такой поворот?
Маггловскую одежду ему приготовили домовики, видимо, тоже по просьбе Филиуса — она лежала на стуле возле кровати, когда он вышел из ванной в небрежно наброшенном халате. Он повертел в руках какие-то синие грубой ткани брюки с просторными расширяющимися книзу штанинами и футболку, к счастью, черную и довольно просторную. Вздохнул. Оделся. Закрепил палочку, сунул в карман немного маггловских денег — держал запас по старой привычке. Еще раз вздохнул: пора было идти.
— Душераздирающие звуки, — чуть ядовито прокомментировал полугоблин, тут же оказавшийся рядом. — Утра, Северус.
«Чары невидимости… Он что, так тут и сидел? И… я при нем одевался?»
Флитвик фыркнул, давая понять, что прочитал его мысли, но ответом не удостоил.
До границы антиаппарационной зоны они добрались быстро и молча. Учитель аппарировал его сам, ничего не объяснив заранее. В лицо слегка ударил свежий ветер с легким запахом дыма. Северус потянул носом.
— Недалеко море? Запах…
— Да. Хочешь аппарировать на берег?
Он пожал плечами.
— Сначала — дело.
Флитвик широко улыбнулся.
— Сначала я было думал отвести тебя к профессионалкам… Но ты слишком хорош для тех, кто любит за деньги. Как бы хорошо они ни умели… это не то. Туда мы еще успеем. (Северуса слегка передернуло). Ты говоришь, дело… Пусть будет дело. Только учти, что как ученый, ты не имеешь права абстрагироваться.
— И все-таки, где мы?
— Пембри. Небольшая деревушка в Уэльсе. Если еще немного подняться наверх, откроется отличный вид на залив Кармартен. Что ты знаешь про детей цветов, Северус?
— А? Впервые слышу… Что это?
— А хиппи?
— Ну… что-то мелькало, но я никогда не интересовался. Какая-то странная молодежь.
— Ты говоришь так, словно сам — старик. Но то, что ты не знаешь, скорее хорошо. Ты увидишь и поймешь все сам, не опираясь ни на что, кроме собственного опыта. Да, так определенно лучше.
Они медленно спускались с холма, обходя редкие деревья.
Костер на берегу речки, пара странных фургонов… Противный запах бензина… а, уже нет, только возле машин. Люди в ярких и пестрых одеждах.
— Куда вы меня притащили, учитель? К цыганам? Или это бродячий цирк? Не могу поверить!
— И не верь, Северус, — улыбнулся в пушистые усы Флитвик, легким движением набрасывая на них обоих чары невидимости. — Присядь… Надо же дать тебе осмотреться, а то начнешь всякие глупости творить. Сиди, смотри, дыши… наблюдай.
Внизу начали отбивать немного рваный ритм маленькие барабанчики. Тихо вступила гитара. И через несколько тактов невыразимо нежно в их разговор вступила простая и чистая мелодия скрипки. Люди в ярких одеждах, в основном все молодые, начали собираться в круг возле костра. Одна из женщин запела.
…When I find myself in times of trouble
Mother Mary comes to me,
Speaking words of wisdom —
Let it be…
