— И склеивает волосы, из-за чего они такими и кажутся. При этом достаточно просто хорошо прополоскать — пара секунд на Агуаменти, столько же на сушку — и вас уже трудно узнать: вы не соответствуете привычному образу. Неплохо.
Флитвик прикрыл глаза и продолжил:
— Волосы, цвет мантии, нет, даже смена обшлагов… или шарфа! Северус, вы, как декан Слизерина, фанат зеленого, конечно?
— Безусловно.
— Мудро. Сменить образ вы сможете удивительно легко и быстро. И раствориться в толпе, если что. Приучайте всех к вашему виду, всегда одинаковому — и в нужное время вас не узнают даже прямо в лицо. А студентки… О них мы поговорим немного позже. И не думайте, что я бы не поднял эту тему в ближайшее время!
====== 9. Цветы далекого лета ======
Комментарий к 9. Цветы далекого лета “Глава для взрослых” ;) Нет, никакой энцы, но типичный взрослый цинизм Учителя Флитвика, заботящегося и здоровье своего молодого друга и ученика. Автор в силу возраста и профессии тоже циничен, так что нежных фиялок прошу не беспокоить.
И да, рейтинг в шапке повышен до R, предупреждения выставлены.
Предпоследний “вбоквел”.
Несколько дней прошли просто чудесно: наконец потеплело, и освоение гоблинской ментальной техники, по инициативе Флитвика проходившее на свежем воздухе с прекрасным видом на озеро, шло у Северуса не совсем как по маслу, но вполне успешно. Ему труднее было объяснить Учителю свои техники и техники Реддла, как они договорились называть Того-кого. Но Флитвик оказался настойчив, так что Снейпу пришлось тоже примерить на себя роль учителя и понять, что с педагогикой у него не так чтоб очень. Совсем никак, точнее. И заниматься этим его совершенно не прельщает.
С коллегой уровня Флитвика это было еще куда ни шло: тот знал не меньше него, оперировал теми же понятиями, и объяснения сводились к описанию «как я это делаю» безо всяких дурацких отступлений на «почему», «зачем» и «что будет, если не получится». В конце недели оба уже довольно свободно могли находиться в памяти друг друга и работали теперь над повышением чувствительности и разными видами блокировок.
— Ну что ж, менталистика — козырь для нас обоих. — Северус улыбался: наконец у него получилась защита, через которую Учитель не мог проникнуть незаметно. — Не приведи Мерлин нам оказаться по разные стороны…
— Вряд ли это возможно. Пока вы на своей стороне, и я — на ней.
— И наоборот.
— Да, друг друга нам опасаться не стоит. Но иметь в виду, что когда-нибудь мы, точнее, наши… работодатели могут не быть союзниками, надо.
— Несомненно.
— Что ж, сегодня поработаем над таким всесторонне прекрасным вопросом, как женщины. — Он смерил ученика долгим взглядом и недовольно вздохнул. — Сделайте глаза поменьше и лицо попроще, друг мой, и напомните, чего вы недавно от меня хотели?
— Совета о том, как избавиться от внимания старшекурсниц…
— А поподробнее? Чем вам мешает внимание учениц? Глазки строят?
— Если бы только глазки. То коленку высунут, так чтоб я обязательно увидел, то приворотным намажутся, то духами, аж смердит, то мантию приоткроют, а там такая одежда… кхм. После идеи с «немытой головой» хоть перестали пытаться прижиматься в узких проходах. Я ж нормальный здоровый мужчина. Молодой. И… — он махнул рукой, — это иногда уже ни в какие ворота!
— И что вы при этом чувствуете? — спросил Флитвик, изобразив на лице соответствующую содержанию вопроса наивность.
— Иезуитский вопрос, — констатировал Снейп, сжимая уголки рта. — И это от моего почти столетнего Учителя.
Флитвик молча смотрел на него, выжидая. Северус фыркнул.
— Ответ озвучить? Давление в паху. И. Раздражает. Это. Меня.
— Вас раздражает их поведение или ваша реакция?
— Все!
— Друг мой… Девушки — это природа… это — стихия. Давайте все же начнем с вас.
Северус заинтересованно посмотрел на Учителя.
— Это ваша физиология, и пытаться что-то с этим делать — все равно что плевать против ветра. Не стоит идти против самой природы, будь ты хоть трижды великий маг. А вы ведь пока еще и единожды не великий, или я не в курсе? Вы серьезно полагаете разумным раздражаться на себя за то, что вы нормальный здоровый мужчина? Подумайте и огласите мне ваши резоны.
Молчание несколько затянулось, наконец Северус произнес:
— Да, умеете вы повернуть…
— А вы — закопаться в собственные предрассудки. Весьма странные, смею сказать. Ваш пубертат вроде давно уже прошел, чтоб эти вопросы вгоняли вас в краску. И молодые девушки должны вызывать у вас вовсе не раздражение, даже если они пытаются вести себя слишком, на ваш взгляд, раскованно.
— Вы что… Мне?.. Это же школа!
— Да Мерлин с вами, при чем тут школа, — замахал руками полугоблин.
Возмущенный тем, что им интересуются девушки, двадцатидвухлетний Снейп прожженного шпиона умилял и одновременно настораживал. Нездоровую тенденцию придется как-то переломить, и, кажется, делать это выпало на его долю… Неожиданно. Но ему есть чем поделиться — недаром он неделю откладывал этот разговор. И он продолжил.
