Неожиданно яркий свет предусмотрительно захваченных ребятами из отряда физзащиты фонарей выхватил скально – земляной грот и уходившие в разные стороны туннели. Прогрессор вытащил из – под себя череп. Судя по размерам и форме, принадлежащий какому – то местному зверю типа земной свиньи.
– Кого – то съели – сказал Александр, вставая.
Катя, освобождаясь от налипшей на волосы паутины, стряхнула заодно и ее мохнатого создателя, тихонько взвизгнув. Потревоженный паук сам был напуган не меньше и потому стремительно юркнул в темноту. Поводя лучами фонарей по сторонам, оценили варианты. Вылезти самим не представлялось возможным, а тут еще и коммуникаторы подкинули неприятный сюрприз, показав на индикаторах отсутствие связи во всех диапазонах.
В этот момент одна из стен вдруг зашевелилась и прямо из нее, словно просочившись сквозь землю, показалась ужасная лысая морда с огромными зубами.
– Ха! – выдохнул стоявший к ней ближе всего Рязанов, вскидывая импульсник и отпрыгивая спиной назад. Его товарищи тоже молниеносно вскинули оружие, но сделать ничего не успели. Прыгая, Рязанов зацепился ногой о камень и нажал спуск уже в падении. Хотя он попытался скорректировать направление выстрела, разряд ушел в свод пещеры. И без того нарушенный купол подземелья не выдержал. Раздался треск, посыпались камни.
– Уходим! – крикнул Дмитрий, единым движением подхватывая физзащитника и одновременно толкая Катерину в один из проходов. Рядом мелькнули Трофимов и Павлов. Они тоже что – то кричали, но их голоса потонули в грохоте обвала. Грот засыпало.
– Ну там нам теперь точно не выбраться, – угрюмо сказал Трофимов, когда осела пыль и они смогли осмотреться. – Растяпа ты, Рязанов! Учат вас, тренируют – а все без толку!
– А ты видел эту тварь?! Она ж нас чуть не сожрала! И я что, специально в потолок стрелял, что ли?! Тоже мне, умник выискался!
– Прекратить препираться! – рявкнул Павлов.
– Зря ты стрелял все – таки, – сказал знахарь, обращаясь к бойцу физзащиты. – Это существо, насколько я успел ощутить, не было настроено агрессивно. И я же вас всех тоже учил ощущать намерения. А от намерения до действия проходит всегда не менее десятой доли секунды. И такому бойцу, как ты, этого хватит для принятия верного решения. А ты поспешил.
– Виноват, – потупился Рязанов. – Как эта рожа прямо из стены на меня полезла, так у меня сразу рефлекс сработал, а вашу науку, Дмитрий, из головы словно выдуло. Виноват.
Его товарищи при этом внимательно оглядывались вокруг, поводя стволами и выискивая возможную угрозу.
– Ладно, вернемся, я Дмитрия попрошу вас, оболтусов, именно в этом тренировать не до седьмого, а до сто седьмого пота. Лишь бы выбраться, – пробурчал Павлов, отряхиваясь.
– Хорошо хоть фонари горят, – произнес Трофимов. – А то совсем погано было бы.
– В любом случае придется искать другой выход, – сказал знахарь. – Я сейчас настроюсь.
– А здесь ветерок есть. Чувствуете? – перебила его Катя. И точно, в туннеле ощущалось движение воздуха.
– Значит в том направлении, куда он дует, есть выход на поверхность. Идем! – скомандовал Павлов. И все двинулись по извилистому земляному коридору. Впереди и позади сгущалась тьма, голубые лучи мощных ламп выхватывали из мрака неровные стены. Кое – где торчали корни. Иногда попадались обильные заросли паутины. Хорошо хоть, что проход был довольно высокий и нагибаться приходилось лишь изредка. Но зато коридор был узким и идти приходилось один за другим. В голову колонны встал вооруженный ИРом Павлов, за ним шли один из физзащитников, Дмитрий, потом Катя, Трофимов – тоже с импульсником в руках, и замыкали строй Рязанов и еще один боец. По пути встречались развилки. За неимением лучшего выбирать направление решили вслед за слабым потоком воздуха. К тому же, как показывали чувства Дмитрия и Катерины, в той стороне примерно в полутора километрах, если по прямой, находилось скопление местных жителей. Но сколько о них идти по лабиринту?
– Интересно, что это они под землей делают? – спросила девушка у знахаря.
– Судя по эмоциональному фону, местные совершенно спокойны. А конкретно узнаем, когда к ним выйдем.
– А вдруг они и тут с нами вообще общаться не станут?! А пошлют нас куда подальше. И что тогда? – спросил Трофимов. Окружающая их подземная тишина действовала угнетающе, и поэтому никто не стал возражать, когда Александр тему общения с аборигенами развил.
– Вот отказались они с нами контактировать. Ладно. Но как они могут оценить то, чего не знают?! Например, наш образ мышления и путь развития?
– Легко, если они эмпаты, разумные и не слепые, – возразил ему Дмитрий. – Вот тебе, например, достаточно посмотреть на то, как народ, к примеру, бьет другу другу морду в пьяной драке и ощутить их эмоции (хотя ты и не эмпат), чтобы понять, что это тебе не очень нравится! И для этого совсем не надо драться самому.
– Ну да. Но все равно, как они могут отказываться от того, чего не знают? У нас же столько всего хорошего есть! А они вот так сразу – валите отсюда, вы нам неинтересны! Абыдно, панымаешь!
– Саш, ты жареных кузнечиков ел? – спросила Катя.
