Император без трона (СИ) полностью

— Нет, — покачал головой Алудан. Уверенность в его голосе оставалась непоколебима. — Не существует ни единой души, что хотела осуществить нашу миссию, столь сильно как лорд Тейн. Он сделает всё, чтобы освободить наш дом и вернуть детям Тарлада то, что было отнято у нас. В этом нет сомнений. Вопрос лишь в том, какие методы использует повелитель.

Вдруг, в стенах форта, чей размер приближался к небольшому городку, раздалось эхо человеческого крика. Зазвенел тревожный колокол и загорелись огни. Нет, форт не подвергся нападению извне, но в его собственных стенах воцарилась беспорядочная активность. Загремели доспехи и команды офицеров, поднялась какофония криков и рыка, что не принадлежал ни одному созданию, голоса коих знал Алудан. Лишь тонкий эльфийский слух сумел уловить обрывки фраз, звучавших среди каменных стен: «Тревога» «Побег». Едва ли геронт мог знать, что или кто сбежал в стенах форта, но даже несмотря на временные ограничения, он был полон решимости дотянуться до истины.

— Что это может быть? — прошипел один из разведчиков.

— Именно это вам и предстоит выяснить, — всё тем же уверенным тоном, ответил геронт. — Придётся найти способ проникнуть в стены форта. Сожалею, но у нас нет права на бездействие. Сейчас от этого зависит не только судьба «Шасури», но и будущее Тарлада. Когда Тейн штурмовал Блэкстоун, он упоминал тайные подземные коридоры, через которые бежали офицеры Империи. Возможно, входы ещё целы. Используйте эти знания, используйте всё, но во имя Малассы, дайте мне ответ о роли форта.

Эльфы переглянулись. В их глазах проступили очертания смятения с примесью искр. Все они понимали важность своего задания, как и риск на который им предстояло пойти. Сколько жертв было принесено во благо их народа ради единственной цели, что преследовали их сердца? И сколько ещё требовалось возложить на алтарь? Несомненно, итог будет один. Тарлад вновь вернётся в руки своих законных обладателей, и именно их дети будут бороздить свободные тропы чёрных лесов. Иначе быть не может и каждый воин «Шасури» был готов принести свою жертву.

— Слушаю и повинуюсь, лорд Алудан, — прижав кулак к груди, склонился лазутчик. — Мы сделаем всё, если того требует наша миссия.

— Иного я не ожидал, воин, — поклонился геронт в ответ. — Мы должны сохранять силу и решительность. С вами останутся мои советники. Когда вам удастся что-то разузнать или понадобится какая-то поддержка, дайте им знать.

— Значит, вы покидаете нас? — прошептала колдунья.

— Да. Я должен выяснить, что сейчас движет нашим повелителем, а для этого… мне придётся совершить то, чего я надеялся, мне совершать не придётся.

— Неужели… — робко промолвила дева, — вы хотите проникнуть в личную темницу Тейна?

— И встретиться с названным призраком, — ответил кивком геронт.

— Вот тебе на! — продолжал возмущаться Петро. — Говорил же! Не нужно туда ходить! Ох! Ну и натерпелся я сегодня! А вы! Ух! Ещё и плащ порвал, паскуда!

Эльфийка двигалась вдоль замкового коридора в сопровождении двух стражей. Позади осталась темница и орки, пыл коих по-прежнему унимал Гарри. Не удивительно, что с этого самого дня молодой страж зарёкся больше никогда не влипать в долги и уж тем более не садиться за один стол с пройдохой Лаймом.

— Ты как? — тихо произнёс рыжебородый страж, удерживая Лиару под левую руку. — Жить будешь?

— Да, — устало кивнула эльфийка. — Ты в порядке?

— Голову мне тряхнул знатно. Хорошо хоть шлем на башке был! Иначе… Ох! Нужно этого Гарнука… Гурнака, ну или как его там, сводить на дыбу или в колоды на пару деньков. Пусть думает дважды, чтобы такую хрень творить!