После того как Лион без сопротивления пал к ногам Наполеона, idée fixe для королевского двора стало — бежать: «Бежать без оглядки от смертельной опасности, бежать от Венсенского рва, где гниёт труп герцога Энгиенского. Столпотворение в умах было невообразимое»[1584]. Но поскольку для Людовика Желанного такое бегство стало бы не только утратой престола, но и несмываемым позором, Бурбоны и К0 лихорадочно засуетились, сочиняя самые экстравагантные планы спасения. Так, О.-Ф. Мармон предложил королю превратить дворец Тюильри в неприступный редут. «Нужно переоборудовать дворец, чтобы его могла разрушить лишь батарея орудий крупного калибра, — читаем об этом предложении у А. Кастело. — Людовика XVIII вместе с его креслом поместят в самом центре этой крепости, с ним будут три тысячи слуг и солдат <…>. Всех обеспечат провизией на два месяца осады <…>. Что касается других членов королевской семьи, то они будут отправлены куда подальше. Ну, а если в голову королю попадёт ядро из пушки крупного калибра, что тогда?» Мармон предусмотрел такой вариант: «Сир, но ведь ваш брат, ваши племянники, ваши кузены будут находиться за пределами дворца. Если вас убьют, ваши права и титулы перейдут к кому-то другому»[1585].
Людовик XVIII не польстился на такое «утешение», склоняясь больше, пожалуй, к самому экстравагантному, если не сумасбродному плану, который сочинил фаворит короля и его министр двора Пьер-Луи-Жан-Казимир Блака. Вот как — точно по сути, хотя и язвительно иронически по форме, — изложил этот план Е.В. Тарле: «Король сядет в карету и со всеми сановниками, со всей своей семьёй, с высшим духовенством выедет за город; у заставы все эти экипажи остановятся и будут ждать идущего на столицу узурпатора. Узурпатор, увидев седовласого легитимного монарха, гордого своим правом и бестрепетно своей собственной особой заграждающего вход в столицу, несомненно, устыдится своего поведения — и повернёт обратно»[1586].
Время неслось слишком быстро для роялистов. Наполеон с каждым днём был всё ближе к столице, а Бурбоны никак не могли выбрать из своих химерических планов самый подходящий. Последний из них строился на идее убийства Наполеона. Цитирую Е.В. Тарле: «В Париже узнали, что Наполеон не принимает никаких мер предосторожности, что, например, при своём торжественном вступлении в Лион он ехал впереди свиты и армии, и лошадь его шагом ступала среди огромной массы со всех сторон окружавшего его народа. Ничего не стоило одним ударом кинжала спасти династию Бурбонов. И в Париже, говорят нам свидетели, тайные агенты вмешивались в толпу, чтобы вложить кинжал в руки нового Жака Клемана (убившего в 1589 г. короля Генриха III). Будущему убийце обещали открыто большую награду, ссылаясь при этом на то, что такое деяние будет законнейшим и не подлежащим суду актом, так как Венский конгресс объявил Наполеона врагом человечества и поставил его вне закона. Но Жака Клемана в короткие оставшиеся дни найти не успели»[1587].
