— Желаете осмотреть наш арсенал, господин воевода? Могу предложить широкий выбор боеприпасов, от пистолетов до снайперских винтовок. Также имеются прекрасные образцы личного оружия из лучших кузниц Мурома и Нижнего Новгорода.
Я подошёл ближе, изучая ассортимент. Мой взгляд задержался на коробке с револьверными патронами. Тридцать копеек за штуку, два с половиной рубля за коробку из пятидесяти — не дёшево, но и не грабительская цена.
— Хороший выбор, — произнёс он. — Даже одинокий меткий выстрел вполне способен намертво свалить Низшего Бездушного.
— Если, конечно, он позволит тебе сделать этот выстрел… — задумчиво протянул я, всё ещё держа в руке глефу.
Пожалуй, несколько коробок револьверных патронов нам пригодятся.
Аристарх вдруг замер, его взгляд сосредоточился на моём оружии:
— Простите моё любопытство, господин воевода, — произнёс он с нескрываемым восхищением, — но это ведь оружие из Сумеречной стали? Поразительно. Мне доводилось видеть подобное оружие лишь дважды, и то издалека.
Я холодно улыбнулся:
— Вы явно ценитель, господин Фадеев, если смогли распознать материал с первого взгляда.
— В моём ремесле важно разбираться понемногу во всём. Особенно в ценных вещах, — хмыкнул купец. — Откуда она у вас? Фамильная реликвия?
— Можно сказать и так, — уклончиво ответил я. — Родовой артефакт, передающийся в семье.
Аристарх осторожно провёл пальцем по воздуху в паре сантиметров от лезвия, словно боясь даже случайно коснуться его.
— Великолепная работа. Идеальная ковка… Кстати, буквально месяц назад в Эфирнете обсуждали сенсацию — какой-то умелец изготовил из Сумеречной стали саблю удивительной красоты и продал её некому боярину в Сергиевом Посаде. Имени мастера так и не назвали, но говорят, что клинок произвёл настоящий фурор.
Я сохранил невозмутимое выражение лица:
— В мире происходит много чудес, господин Фадеев. Меня больше интересуют ваши цены на патроны. Скажите, вы принимаете к оплате только наличные, или возможен бартер на Реликты?
Информация о том, что моя работа вызвала такой резонанс, конечно, льстила, но представляла и опасность. Рано или поздно придётся объяснять происхождение, как своих навыков, так и самого металла. Впрочем, сейчас важнее пополнить запасы боеприпасов.
— Бартер, безусловно, возможен. А что именно вы хотите предложить?
— Лично я ничего, просто интересуюсь на будущее.
Я внимательно осмотрел коробки с патронами, выбирая нужный калибр и прикидывая необходимое количество. Один из моих людей с револьвером мог расстрелять коробку за пару тренировочных сессий, а для боевого применения потребуется ещё больше.
— Возьму десять коробок, — решил я, указав на нужный калибр. — Итого двадцать пять рублей.
Фадеев поклонился, пряча лёгкую усмешку, словно моя покупка была мелочью по сравнению с тем, что он обычно продавал.
— Превосходный выбор, господин воевода. Позвольте доставить товар сразу к вашему дому?
— Не стоит, — я достал из внутреннего кармана кошель и отсчитал нужную сумму. — Здесь недалеко, справлюсь сам.
Приняв деньги, купец передал мне коробки, аккуратно упакованные в вощёную бумагу. Я подозвал Бориса, который настороженно наблюдал за прибывшими с края площади.
— Проследи за порядком и попроси одного из мальчишек отнести в мой дом, — коротко велел я, передавая ему свёрток с патронами. — Люди должны иметь возможность торговать с караваном, но глаз с чужаков не спускай. Особенно следи за ценами, которые Фадеев даёт за Реликты. Не хочу, чтобы история с Гривиным повторилась.
Я бы мог запретить жителям продавать трофеи заезжему торговцу, но не видел в этом смысла. Это лишь приведёт к тому, что они начнут прятать от меня свои находки. Да и вряд ли всё же он предложит цену выше, чем даю я. А если это случится, придётся её уравнять.
А ещё по краю сознания скользнуло раздражение на отсутствие Скальда. Сейчас он бы очень пригодился проследить за нашими «гостями».
Охотник кивнул, принимая свёрток:
— Будет сделано, воевода.
— Мне нужно найти бабку Агафью, — произнёс я. — Есть у меня к ней вопрос насчёт одного растения. Где её искать?
Борис задумчиво почесал бороду:
— В это время она обычно возле огородов — собирает травы для своих настоек и бальзамов. Проверь за домом старосты… бывшего старосты, — поправился он. — Там у неё грядки с лечебными травами.
Я оставил командира следить за караваном и направился в указанном направлении. Действительно, на задворках бывшего жилища старосты обнаружилась Агафья — сгорбленная старуха в выцветшем платке копошилась среди аккуратных грядок, перебирая какие-то растения и бормоча себе под нос.
— Здравствуй, — окликнул я её.
Старуха медленно разогнулась, окинув меня цепким взглядом выцветших, но всё ещё острых глаз:
— И тебе не хворать, воевода, — проскрипела она, вытирая руки о передник. — Что привело тебя ко мне? Приворотное зелье для той черноволосой красавицы? Или для шатенки, что недавно прибыла?
Я невольно усмехнулся:
— Нет, по другому делу. Ты знаешь что-нибудь о траве под названием Пугач или Чуждоцвет?
Агафья нахмурилась, морщины на её лице сложились в причудливый узор:
