— Ценный приз, не спорю, но немного скучный, не находите? — я позволил себе лукавую улыбку, наблюдая, как в её серо-голубых глазах вспыхивают искорки настороженности.
— Я вижу у вас уже есть что-то на уме, боярин, — она чуть прищурилась, изучая моё лицо.
Прядь медно-рыжих волос выбилась из уложенной косы и упала на лоб, но Засекина не стала её убирать, полностью сосредоточившись на разговоре.
— Верно. В случае проигрыша вы будете должны мне один танец. Как вам такое предложение?
Воздух между нами словно наэлектризовался. Ярослава замерла, и на её лице промелькнула целая гамма эмоций — удивление, возмущение, растерянность.
— Вы издеваетесь, что ли? — её голос стал ниже и опаснее, как рычание загнанной в угол рыси, а правая рука инстинктивно легла на рукоять меча.
— Нисколько, — я сделал шаг ближе, сокращая расстояние между нами. — Просто танец с красивой княжной, главой прославленных Северных Волков, кажется мне достойной наградой за столь большое достижение, как превосходство сиволапых крестьян над искусными и опытными военными.
Эффект превзошёл все ожидания. Грозная воительница, не так давно рубившая Бездушных направо и налево, вдруг смешалась и… покраснела, как самая обычная девушка. Румянец расползался по её молочно-белой коже, поднимаясь от шеи к щекам. Если бы не увидел своими глазами, ни за что бы не поверил, что княжна Засекина способна на такую реакцию.
— Да но… — она запнулась, явно пытаясь собраться с мыслями.
Кончики её ушей тоже порозовели, что выглядело невероятно трогательно.
— Вы что же, не верите в собственную победу и мастерство ваших воинов? — поддел её я, наслаждаясь моментом.
Когда ещё увидишь, как теряется «Бешеная Волчица»?
Моя провокация сработала. Ярослава выпрямилась, глаза сверкнули боевым азартом, вытеснив смущение.
— Вы несносный человек, вам это говорили⁈ — выпалила Засекина, тыча в меня пальцем.
На мгновение в ней проглянула не закалённая в боях военачальница, а обычная девушка, которую застали врасплох.
— Доводилось, — по моим губам пробежала ухмылка. — Но обычно это звучало не столь очаровательно.
Княжна открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала. Глубоко вдохнула, взяла себя в руки и снова стала собой — уверенной и опасной.
— Хорошо! — в её голосе зазвенела сталь. — А что же получу я в таком случае?
— А чего бы вам хотелось? — спросил я, искренне заинтригованный.
Ярослава задумалась, постукивая пальцем по рукояти меча. В её глазах мелькнуло что-то хищное. Потом губы изогнулись в довольной улыбке.
— Ещё пять снайперских винтовок из ваших запасов, взятых у «неправильных поляков», — наконец выдала она, и по интонации было ясно — в мою легенду она не верит ни на грош.
Я рассмеялся. Практичная девушка — вместо романтических глупостей требует оружие. Впрочем, чего ещё ожидать от профессиональной военной?
— Меня это устраивает, — кивнул я. — Значит, по рукам?
Мы пожали друг другу руки, скрепляя договор, и рукопожатие затянулось чуть дольше необходимого. Её ладонь была тёплой и сухой, с характерными мозолями от меча — рука воина, а не избалованной дворянки. Наши взгляды встретились, и в воздухе повисло странное напряжение — не враждебное, но заряженное чем-то иным.
Первой опомнилась Ярослава. Она выдернула руку и отступила на шаг, снова пряча смущение за маской профессионализма.
— Что ж, посмотрим, кто сегодня будет танцевать, — бросила она через плечо, разворачиваясь к выходу. — И кто получит винтовки.
Я смотрел вслед удаляющейся девушке, пока её фигура не скрылась за углом здания. И только тогда осознал, что делаю.
Усмехнулся собственной глупости. Флиртую с женщиной… Сколько лет прошло с тех пор, как я позволял себе подобное?
Танец. Я попросил у неё танец. Хильда любила танцевать — кружилась по залу, как неземное создание, а я топтался рядом, стараясь не наступить ей на ноги. Она смеялась и говорила, что для императора я танцую отвратительно.
Лёгкий укол вины кольнул где-то под рёбрами. Её образ всплыл в памяти — уже не такой острый, как раньше. Годы сгладили боль, оставив лишь тёплые воспоминания и лёгкую грусть. Я давно принял её смерть, научился жить дальше. Но вот полюбить снова так и не смог. Да и не искал, если честно.
А теперь эта рыжеволосая валькирия. Что-то в ней заставляет меня вести себя как… как мужчину, заинтересованного женщиной. Непривычное ощущение после стольких лет.
Я покачал головой, отгоняя лишние мысли. Не время для этого. Впереди Гон, оборона острога, жизни сотен людей на кону.
Впрочем, небольшая встряска не помешает. Может, хватит уже изображать из себя вдовца-отшельника? В конце концов, это всего лишь танец. Если, конечно, мои «лопоухие крестьяне» сумеют обставить её хвалёных профессионалов.
Выбросив все мысли из головы, я направился в свой дом, попросив встреченного подростка разыскать и позвать мой боярский спецназ. Когда одни ступили в гостиную, я начал без предисловий:
— Есть задание. Сегодня вечером вам нужно проникнуть через западный бастион, который будут охранять люди Засекиной, добраться до колокола на главной площади и прозвонить в него.
Гаврила хмыкнул:
