— Разве самое малое, что князь может сделать для детей павшего героя — это помочь им сохранить наследство? Тем более что от Его Светлости требуется лишь поставить подпись под разрешением. Все дальнейшие хлопоты я беру на себя.
Трофимов тяжело вздохнул:
— Вы умеете находить правильные слова, маркграф. Хорошо, я поговорю с князем. Но ничего не обещаю.
— Благодарю. Буду ждать вашего звонка.
Ровно через четверть часа магофон зазвонил вновь.
— Его Светлость дал добро на ваш план, — без предисловий сообщил Трофимов. — Завтра утром он будет ждать вас и молодых Бутурлиных во дворце. Князь также просил передать, что помнит подвиг Николая Константиновича и ценит вашу заботу о его детях.
— Передайте Его Светлости мою искреннюю благодарность.
— Передам.
Завершив разговор, я откинулся в кресле с чувством глубокого удовлетворения.
Ранним утром следующего дня я встретил Илью и Елизавету Бутурлиных у парадного входа в гостиницу. Молодые люди выглядели взволнованными, — Илья теребил манжеты своего парадного костюма, а Лиза то и дело поправляла складки тёмно-синего платья. Оба были одеты подобающе визиту к князю, но в их глазах читалось беспокойство.
— Не нервничайте, — сказал я, усаживаясь с ними в машину. — Всё пройдёт гладко. Главное — следуйте инструкциям.
— А если князь откажется? — Елизавета сжала в руках бархатную сумочку. — Или не примет наше предложение?
— Его Светлость — умный человек. Он прекрасно понимает, что происходит. Формально мы действуем в рамках закона, и отказать ему будет сложно. Да и незачем.
Илья выпрямился, стараясь выглядеть увереннее:
— Мы готовы, Прохор. Просто… всё это кажется таким странным. Ещё вчера мы были под угрозой попасть в сети дяди, а сегодня…
— Сегодня вы берёте судьбу в свои руки, — закончил я. — Помните: вы должны говорить искренне. Желание служить в Пограничье, защищать людей от Бездушных — это должно звучать от сердца. Упомяните вашего отца, его подвиг. Скажите, что хотите отомстить.
Дорога до княжеского дворца заняла четверть часа. Величественное здание из белого камня с изящными башенками и резными балконами производило впечатление даже в утренней дымке.
В приёмной нас уже ждал Владимир Трофимов. Помощник князя окинул взглядом молодых Бутурлиных и едва заметно кивнул мне.
— Его Светлость ожидает вас в малом тронном зале, — сообщил он, ведя нас по широкому коридору с портретами предыдущих правителей Сергиева Посада.
Малый тронный зал оказался не таким уж и малым — высокие потолки с лепниной, огромные окна с видом на город, мраморные колонны по периметру. Князь Матвей Филатович восседал в резном кресле на небольшом возвышении. Несмотря на ранний час, он был в полном парадном облачении.
— Ваша Светлость, — я поклонился, за мной последовали Бутурлины.
— Маркграф Платонов, — князь чуть наклонил голову. — Юный граф Бутурлин, графиня Елизавета. Чем обязан столь раннему визиту? — спросил он так, словно с ним вчера не согласовывали наше посещение.
Я сделал шаг в сторону, давая молодым людям возможность говорить самим. Илья прокашлялся и выступил вперёд:
— Ваша Светлость, мы пришли с просьбой. После… после гибели нашего отца мы много думали о будущем. Отец погиб, защищая Сергиев Посад от Бездушных, и мы хотим продолжить его дело.
— Достойное желание, — князь откинулся в кресле, и в уголках его губ появилась едва заметная улыбка. — Продолжайте.
Елизавета подхватила:
— Мы желаем поступить на службу в Пограничье. Хотим сражаться с тварями на передовом рубеже обороны человеческих земель. И… мы просим разрешения служить в Пограничной Марке Угрюм под командованием маркграфа Платонова.
Князь перевёл взгляд на меня, и в его глазах блеснула хитринка. Он прекрасно осознавал подоплёку происходящего, но играл свою роль безупречно.
— Служба в Пограничье — тяжёлое испытание, — произнёс Оболенский, обращаясь к молодым людям. — Это не романтические подвиги из баллад, а грязь, кровь и постоянная опасность. Вы уверены в своём решении?
— Да, Ваша Светлость! — Илья и Лиза ответили одновременно.
Князь поднялся с кресла и спустился к нам. Его осанка и манера держаться выдавали человека, привыкшего к власти.
— Что ж, в такие неспокойные времена каждый меч и каждый маг на счету. Особенно когда речь идёт о защите наших рубежей. — Он сделал паузу, окидывая взглядом молодых Бутурлиных. — Ваш отец был достойным человеком и верным вассалом. Он отдал жизнь за наш город. Если его дети желают с честью продолжить семейную традицию служения… кто я такой, чтобы препятствовать?
Князь повернулся к Трофимову:
— Владимир Сергеевич, подготовьте документы. Граф Илья Николаевич Бутурлин и графиня Елизавета Николаевна Бутурлина с сегодняшнего дня поступают на службу в Пограничье, в Марку Угрюм под командование маркграфа Платонова.
— Будет исполнено, Ваша Светлость, — Трофимов поклонился и вышел.
Оболенский вернулся к своему креслу:
— Надеюсь, молодые люди, вы понимаете всю серьёзность принятого решения. Служба в Пограничье — это не увеселительная прогулка. Маркграф Платонов известен как требовательный командир.
— Мы понимаем, Ваша Светлость, — твёрдо ответил Илья.
