Как по сему главному, так и по всем другим обстоятельствам видно весьма, что предприятие караульного подпоручика не было следствием какого-либо знатного заговора, но единственно происходило от собственного его побуждения или, лучше сказать, от отчаяния молодого, промотавшегося и оттого в фанатизм впавшего человека, каков он оказался и по другим его ныне открытым приватным делам.
Как это понять: «…от отчаяния молодого, промотавшегося» человека и почему он вдруг «впал в фанатизм»?
Вконец запутавшийся в циркуляре, русский посланник, вероятно, брал лежавшую у него на столе гамбургскую или лондонскую газету и читал в ней примерно следующее:
В ночь с 14 на 15 августа 1764 года (по русскому календарю – с 4 на 5 августа) подпоручик Смоленского пехотного полка Василий Мирович подговорил солдат своей команды к мятежу. Во главе них он пытался освободить содержащегося в особой казарме в Шлиссельбургской крепости (расположенной на острове в самом устье Невы при выходе ее из Ладожского озера) бывшего русского императора Ивана VI. Однако охрана казармы оказала мятежникам сопротивление и, видя превосходящие силы наступающих, убила знатного узника. Некоторые поговаривают, что как попытка мятежа, так и убийство знатного узника подстроены властями и что императрица специально на это время уехала в Лифляндию.
Прочитав подобный текст, он теперь мог спокойно опровергать различные гнусные измышления врагов России, которые «благополучию Российскому завидуют».
<p>Уложенная комиссия и Наказ Екатерины II</p>
