Она кричала так, что оглушила саму себя, кричала, пока не выдохлась, пока не сорвалась на кашель. Во рту встал тошнотворный вкус. Маша лежала, уткнувшись лицом в землю, и ждала. Руки и ноги сводило судорогами.
Вдали послышались шаги и, как будто, голоса. Было на самом деле или уже мерещилось? Маша повернула лицо к небу: перед глазами было темно. И вдруг снова мелькнул луч света.
- Чего руками машешь, - угрожающе сказали сверху. - Не действует на меня твоя магия.
Послышался глухой удар - звук упавшего на землю тела, женский вскрик. Потом наступила тишина, и луч света упёрся прямо Маше в лицо.
- Ну, ты там ещё жива?
Только тут, узнав голос Шредера,она изо всех сил зажмурилась и разрыдалась. Маша ревела, пока Шредер вытаскивал её из ямы и разрезал широким ножом верёвки на руках и ногах, размазывала по щекам слёзы, пока он, оставив Машу сидеть на рельсе, ходил вокруг груды земли и с интересом рассматривал лежащую тут же женщину.
- Ничего, симпатичная, - выдал он со знанием дела.
Женщина не подавала признаков жизни, только ночной ветер шевелил подол её платья, перемазанного в грязи и дёгте. Маша поднялась и подковыляла к нему. Магичка была без сознания, на бледном лице застыли горечь и решимость. Длинные светлые волосы рассыпались по земле.
- Чего ты с ней сделал? - всхлипнула Маша.
- Я? - возмутился Шредер. - Да ничего. Она сама на мой кулак наткнулась, а потом приложилась о рельсу затылком. Почему сразу я виноват?
Не выдержав ошалелого взгляда Моцарта, Маша боком пробралась через терминал. Ей жизненно важно было попасть в душ в ближайшие десять минут, потому что её отражение в зеркальных панелях Центра больше всего походило на земляного элементаля. За её спиной Шредер тоже возмутился этому взгляду.
- Видишь, я вам капитана откопал. Мне за это премия полагается или как?
С лестницы к Маше кинулась Сабрина.
- Сумасшедшая, - она прижала Машу к себе, совершенно не заботясь о белоснежной блузке. - Почему ты не взяла с собой меня? Весь Центр на голове стоял.
- Теперь Галактус меня точно уволит, - с обидой заключила Маша.
Сзади к ним походкой победителя приблизился Шредер.
- А я вам ещё убийцу поймал, - он махнул рукой в сторону стоянки.
- Боги, - фыркнула Сабрина, - почешите его кто-нибудь за ушком, а то не успокоится.
- Как будто бы всё. Лора созналась, - прижимая к груди пухлую папку, Маша остановилась перед окном в комнату допросов. В комнате, уткнувшись в скрещенные на столе руки, сидела молодая женщина. Её светлые волосы растрепались, платье смялось. - И мотив есть. Не пойму, что я упустила?
Ник отнял у неё папку, взвесил на ладони.
- А ответ на запрос из мира магов уже пришёл?
- Да. - Маша снова оглянулась на Лору. Та подняла голову и рассматривала свои запястья, скованные наручниками, чуть светящимися от наложенных заклинаний. - Между прочим, дамочка из приличной семьи целителей, а месяц назад вот так взяла и прыгнула в наш мир через нелегальный портал.
- А эксгумация, опознание? - продолжил экзамен он.
- Все как по учебнику. Кстати, Инника, помнишь её? Пришла на опознание. Рыдая, просила прощения у мёртвой Кристины. Оказывается, они всей компанией считали, что Кристина сбежала и прячется где-то на зло им. Мда, невесёлый всё-таки сюрприз вышел.
- Всё отлично, дело раскрыто, - ободряюще улыбнулся Ник, - что тебя беспокоит?
Магичка за стеклом постучала наручниками по столу, их свечение стало сильнее. Она вздохнула - дёрнулись плечи - и снова опустила голову.
- Знаешь, она мне кого-то напоминает, - хмыкнула Маша. - Имя очень знакомое, только никак не могу вспомнить, где я могла с ней столкнуться.
Ник пожал плечами.
- Только если ты побывала в мире магов. Она раньше никогда из него не уходила.
Маша кивнула. Лора поведала ей историю о том, как устроилась жить в первом укромном месте, на которое наткнулась, на железнодорожной развязке, в брошенном вагоне. Когда увидела заблудившуюся Кристину, а на Кристине - кольцо Побеждающих, тут же решила, что её засекли и сейчас будут ловить и наказывать. Лора ничего не отрицала, покорно ожидала суда, но всё же какой-то червячок сомнений не переставал грызть Машу.
- Ник! - Маша потянулась к ручке двери, но вдруг замерла и обернулась к нему. - У тебя же были знакомые газетчики. Пусть бы написали пафосную статью про то, как эта дама убила маленькую девочку, а отважные агенты Центра её поймали и представили правосудию?
- Нет проблем, - откликнулся Ник. - Тебе что, славы захотелось?
Маша виновато улыбнулась и скрылась в комнате допросов.
С проходной ей позвонил Вольфганг и, невнятно, как будто прикрывая трубку рукой, сообщил:
- К тебе тут преступник. Говорит, что обвиняется в пособничестве террористам.
В открытые окна Центра дышало ясное летнее утро. В небе весело попискивали ласточки, и пробка на проспекте ещё не успела рассосаться. Маша бросила на стол пачку бумаги, несколько ручек и чистые диски, переложила телефонную трубку с левого плеча на правое.
- Хорошо, оформи ему пропуск, я сейчас спущусь.
